Зимние костры

Вскоре по берегам фьорда вновь показались высокие отроги, придающие окружающему пейзажу мрачно-суровый вид. И наконец девушка увидела его — каменный дом Ульрика Хаардада, выстроенный на вершине обрыва и казавшийся естественным продолжением серой скалы.

Викинг, охранявший Бренну, отнюдь не был доволен таким поручением. По мере приближения к деревянному причалу он начал грести с удвоенной скоростью. Сам Огден предпочел бы перерезать девчонке горло и бросить в бездонные глубины фьорда — разве не она ранила его брата и не покрыла его несмываемым позором? Но тогда придется держать ответ перед Ансельмом, не говоря уже о Гаррике, новом хозяине девушки.

И, по чести говоря, настоящий викинг не унизится до убийства девушки, тем более связанной и беспомощной. Теперь она ничем не напоминала ту черно-бурую лису, с такой хитростью и умением сражавшуюся с его братом. Но Огден все же ненавидел ее, женщину, которая одевалась и вела себя как мужчина и глядела на него жгучими злобными глазами тигрицы.

Причал находился не под домом, а немного дальше по берегу, там, где скала становилась немного более пологой. Здесь Огден грубо выпихнул Бренну из лодки и потащил наверх по узкой тропинке, протоптанной когда-то рабами, толкавшими по ней неподъемные камни для постройки дома. Наверху лежал огромный валун, отодвинутый в сторону. При необходимости он мог бы полностью загородить выход из фьорда, а дом Ульрика стать неприступной крепостью.

Здание напоминало деревянные постройки норвежцев только в одном — в нем тоже не было окон.

В остальном оно походило на огромные каменные замки, виденные Огденом на шотландском побережье. Здесь были и дымовые трубы, и второй жилой этаж. Дверь выходила не на море и не на поля позади дома, а была прорезана сбоку, где росли старые, скрюченные от времени деревья. Амбары и хлева, так же как и конюшня, построенные из дерева, тоже находились за домом.

Перед смертью Ульрик отдал дом и несколько акров плодородной земли Гаррику в присутствии Ансельма, чтобы потом не было споров из-за наследства.

Ансельму все равно был не нужен этот дом, поскольку зимой от каменных стен шел ледяной холод. Для Гаррика, однако, это оказалось настоящим счастьем, так как, по законам предков все, чем владел Ансельм, должно было отойти старшему сыну, Хьюгу.

Гаррик не возделывал землю, как Огден, не занимался рыбной ловлей, как многие в этих краях.