Зимние костры

— Но что случилось? Бренна вскочила:

— Она хочет убить его! И похвалялась, что расправится с вами обоими!

Гаррик ни на секунду не усомнился в ее словах. Они наперегонки помчались к конюшне и, оседлав коней, с головокружительной скоростью поскакали к жилищу Бренны. Позади дома Гаррик нашел следы коня Ярмиллы, ведущие в лес.

Они мчались по следу. Бренна почти ничего не видела от слез, однако старалась не отставать от Гаррика, шепча молитвы, прося Господа пощадить ее дитя. Когда Гаррик сбился с дороги в густом кустарнике, Бренне показалось, что она сейчас умрет от горя.

Гаррик пытался уговорить Бренну ехать за помощью, но та не могла заставить себя отказаться от поисков, в тот момент, когда сын мог быть совсем рядом. И они продолжали путь, хотя и не зная куда, но слепо надеясь, что отыщут Ярмиллу. Внезапно Бренна действительно увидела ее. Она медленно ехала им навстречу.

— Где он?! — вскрикнула Бренна.

— Я не смогла сделать это сама. Я тоже мать. Не смогла. — Ярмилла покачала головой, тупо уставившись на вытянутые руки.

— Где он, я спрашиваю?! — Бренна, спрыгнув на землю, стащила старуху с коня и начала грубо трясти.

— Оставила там. — Ярмилла показала куда-то в чащу.

— Где именно, Ярмилла? — со странной мягкостью спросил Гаррик, подъехав.

— Недалеко.

— Вот… вот… неужели не слышите, какой плачет? Фейрфекс всегда так громко кричал. Я должна идти к нему.

Гаррик отъехал, и Бренна, вскочив в седло, последовала за ним. Она не испытывала ненависти к Ярмилле за предательство — несчастная явно потеряла рассудок. Но и жалости тоже не было.

Они нашли Селига под высокой сосной, и он действительно хныкал, поскольку острые иглы впивались в ручонки. Когда Гаррик отдал сына Бренне, она снова зарыдала, но на этот раз от счастья, уверенная, что уж теперь ни за что не спустит с малыша глаз, по крайней мере ближайшие годы.

На обратном пути они проехали то место, где встретились с Ярмиллой, но той уже не было.

— Она давно уже задумала это, Гаррик. Именно Ярмилла заплатила Седрику за мое похищение. И я узнала ее коня. Она — та женщина, которая пыталась убить меня в лесу.

— Но причем тут ты, Бренна? Не понимаю.

— Она боялась моего ребенка.