Зимние костры

"

"— А, все это глупости, дурацкие штучки! — хмыкнул Седрик и выпустил Бренну, чтобы осмотреть укушенную ногу. — Главное, Арно, девушка в наших руках.

— Мы будем все делать так, как велела нам эта женщина, — покачал головой Арно. — Я согласился пойти на это только при условии, что нас не заподозрят.

— Однако мешок с золотом немного поколебал тебя, не так ли? — язвительно заметил Седрик.

Арно, не отвечая, рассерженно"" уставился на приятеля:

— Неужели месть собаке стоит ярости твоего отца?

— С чего это?

Арно, окончательно потеряв терпение, воздел руки к небу, не обращая внимания на то, что по плечу, словно змея, поползла свернутая веревка, которую он держал в руке.

— Должен ли я напоминать тебе, что Летем ненавидит распрю, которую затеяли ты и твои братья? Я уверен, да и ты тоже, что Летему не понравится затеянное нами. Если узнают, что мм наделали, мир, царивший последние несколько лет, сменится кровавой бойней.

Бренна молча слушала споривших мужчин, еще не понимая, зачем они явились, но чувствуя, что добром для нее это не кончится.

На мгновение Бренну охватил гнев на Гаррика — как он мог бросить ее здесь, одну, но тут же вынуждена была признать, что в этом лишь ее вина, и теперь Бог знает, какая ее ждет участь!

Не успел Арно договорить, как Бренна, осторожно скользнув к двери, пустилась бежать, пользуясь единственным шансом обрести свободу, но неожиданно ее ноги в чем-то запутались, и девушка упала лицом вниз, ссадив ладони о каменный пол, и с ужасом поняла свою ошибку: кто-то грубым рывком поднял ее на ноги.

Бренна с ненавистью уставилась в лицо викинга. Это он успел бросить веревку, сбившую ее с ног! Потемневшими от ужаса глазами, девушка наблюдала, как Арно вновь собрал короткий канат и обмотал вокруг ее запястий. Не глядя на Бренну и не замечая ярости и презрения, Арно крепко связал ее и повернулся к Седрику:

— Теперь у нас и лошадь и девушка! Поспешим, пока кто-нибудь не застал нас.

И, не дожидаясь ответа, быстро схватил старый плащ, висевший у двери, и набросил его на плечи Бренны, а потом, схватив конец веревки, потащил девушку за собой. Боже милосердный! Какой униженной, опозоренной и беспомощной чувствовала себя Бренна! Как они смеют обращаться с ней подобным образом?!

Они повели ее вдоль боковой стороны дома, мимо холодной, куда Гаррик однажды запер ее, к фасаду.