Зимние костры

Перрин, казалось, колебался, но ослепительная улыбка Бренны перевесила, и викинг, вздохнув, согласился. Они столкнулись с изнывающей от нетерпения Мерной у самой двери. К этому времени она окончательно вышла из себя и гневно набросилась на брата.

— Просто поверить не могу, что ты можешь болтать с какой-то рабыней, пока я стою здесь! — прошипела она сквозь стиснутые зубы, багровая от бешенства. — Как ты смеешь позорить свою сестру подобным образом, Перрин?

— Ты вовсе не так уж долго ждала, Морна, — устало перебил брат.

— Заговори ты с кем-нибудь другим, я не возражала бы, — негодующе продолжала она. — Но заставлять меня ждать… из-за нее?! Можно подумать, ты мало забавляешься с ней, когда навещаешь Гаррика!

— Но это совсем не так, Морна, — вспыхнул Перрин. — Гаррик ни с кем не делит эту девушку. Кроме него самого, до нее никто не смеет дотронуться.

Его слова еще больше обозлили белокурую вдову, и Бренна с трудом сдержала смех.

— Надень на меня плащ, рабыня, — презрительно оглядев девушку, бросила Морна и, когда Бренна притворилась, что не понимает, обернулась к брату:

— Ты говоришь на ее языке.

Объясни, что ей велено сделать, — раздраженно сказала Морна.

— Ты слишком далеко заходишь, сестра. — Глаза Перрина сузились. — Бренна не принадлежит тебе, и ты не можешь ей приказывать.

— Она рабыня! — взвизгнула Морна, сверкнув глазами. — Делай, как я говорю!

— Что это твоя сестра так кричит? — с невинным видом осведомилась Бренна.

— Один помоги мне, — вздохнул Перрин.

 — Она требует, чтобы ты надела на нее плащ. Ей просто хочется сорвать на тебе зло.

— Ничего страшного, Перрин, — улыбнулась Бренна. — Скажи ей только, что я отказываюсь, а потом подай ей плащ и уходите. Вот и все.

Перрин с сомнением покачал головой, но все же последовал совету Бренны.

— Бренна не желает выполнять твой приказ, сестра. А теперь, нам пора идти, — сказал он и вышел из зала.

Морна, вне себя от ярости, устремила свирепые голубые глаза на Бренну:

— Я велю тебя высечь за это!"

"— Не выйдет, — ответила Бренна, не обратив внимания на то, что Морна потрясение отпрянула, услышав норвежские слова.

 — Прежде всего Гаррик не позволит этого, — продолжила она. — Но, кроме того, я с радостью перережу тебе глотку еще до того, как ты осмелишься позвать на помощь! Тебя никто не приглашал на этот праздник, и ни один человек не станет искать убийц.

— Ты не посмеешь коснуться меня!

— Попробуй и увидишь, — коварно усмехнулась Бренна.