Женаты против воли

— Тебе судить, — пожала плечами знахарка, а потом вдруг спросила: — Кулон открыть не получилось?

Я взглянула на медальон, который все это время лежал рядом на кровати.

— Нет.

Опять непонятный, слишком резкий переход. От всего этого кружилась голова и дрожали руки. Мне нужны были время и тишина, чтобы лечь и все хорошенько обдумать, чтобы поверить и принять правду.

— Занятная вещица. Хорошо, что она к тебе попала.

— Почему?

Я взяла в руки медальон, который сразу нагрелся, став теплым.

— Потому что ты одна из немногих, кто сможет открыть его тайну и понять, — произнесла старушка.

— Понять что?

— Что перемены нужны. И вы оба станете важной их частью.

Кулон будто потяжелел в руке, начав слегка пульсировать. Словно в моей руке лежал не камень, а сердце.

— И как его открыть?

— Ты и сама знаешь, — произнесла она, тяжело поднимаясь. — Посидела, и хватит. Пора домой возвращаться. А ты тут надолго не задерживайся. Не для тебя наш поселок. Не навлекай беду на нас.

— Подождите! — вскрикнула я, приподнимаясь и вставая на колени.

— Ты же собиралась лететь на север? Так лети. Лети, пока есть возможность. Он все равно тебя найдет.

Женщина вышла, стуча палкой по дощатому полу. А я еще долго не могла прийти в себя.

«Разве такое может быть? Чтобы какая-то старушка знала больше, чем сам Император и главы родов».

Я вновь поднесла кулон к глазам, всматриваясь в символы и знаки, украшавшие всю поверхность. Провела по ним подушечкой большого пальца, чувствуя каждую царапинку, каждую выемку.

«Ты сама знаешь…»

Древняя вещица.

Почему Питер подарил мне ее? Жаль, что я не догадалась расспросить его об этом. А теперь уже поздно.

Но, как я ни старалась, открыть медальон не получилось.

Он не желал рассказывать о своих тайнах.

Значит, время еще не пришло.

Глава 27

Айрин

Свадебное платье Дина все-таки купила. За ту цену, которую мы обговаривали. Мне очень хотелось надеяться, что оно принесет счастье хотя бы.

Вечером я прошептала над ним древние слова.

На следующее утро я вышла из дома в теплых штанах, не продуваемом тулупе из шкуры какого-то животного и странном головном уборе, который здесь называли ушанкой. Кроме того, в подарок я получила смешные варежки и высокие сапоги с пушистой каемкой. Жаль только, они были на два или три размера больше, но спасали толстые шерстяные носки.