Жена поневоле

 – Сила, власть, деньги, положение – не ими ли стремится обладать человек едва ли не всю свою жизнь? Разве твой дядюшка не яркий тому пример? – При упоминании единственного моего родственника, руки непроизвольно сжались в кулаки. Муженек четко подметил, но тем самым в очередной раз сделал мне больно. – Но в случае с Элвингтоном ты права, – озадаченно произнес он, – ему нет в этом никакой выгоды. Тогда даже не знаю, на кого и думать, но надеюсь разобраться во всем в ближайшее время, – заверил то ли меня, то ли себя супруг.

– С моей стороны будет весьма неразумно согласиться помочь тебе с артефактом после всего, что ты мне сделал, – моему возмущению не было предела.

– Ты не глупа, Оливия, поэтому и сама понимаешь, что выбора у тебя нет.

– Мне нечего бояться, – выпалила на одном дыхании. – Ты и так меня практически всего лишил.

– Нищета – не самое страшное, что может случиться с человеком, – муженек понизил голос почти до шепота.

– Ты мне угрожаешь?! – сощурила глаза, едва услышала его слова.

– Ну что ты, дорогая! Я всего лишь предупреждаю, – Ральф напоминал мне раненого дикого зверя, загнанного в угол. – Помоги мне – и останешься от этого только в выигрыше. Я готов рассмотреть практически любые твои условия.

– Ральф, неужели ты не можешь допустить даже мысли, что пост Главы займет кто-то другой? – проговорила, не опасаясь последствий. Что он мне сделает? Голубые глаза стремительно потемнели и стали похожи на пугающую бездну.

– Этому не бывать! – закричал он, отчего птицы, сидящие на ветках деревьев, резко взмыли ввысь.

– Почему ты настолько самоуверен? – я почувствовала, что пробила броню его выдержки и ринулась в наступление.

– Не один год и я, и мой отец подготавливали для этого почву, – сорвались с его губ слова.

«Каким образом?!» – захотелось тут же задать вопрос, но Ральф понял, что сболтнул лишнего, поэтому направил всю свою злость теперь на меня.

– Я хочу все хорошенько обдумать. Дай мне два часа, – решительно произнесла, выдерживав его пронзительный взгляд, так как понимала, что сейчас нельзя выказывать перед ним слабости или страха.

– Не более! – сухо бросил муженек, а затем повернулся и направился в сторону дома.

«Чью же ты еще судьбу поломал, Ральф?» – пронеслось в мыслях. Я тяжело вздохнула и посмотрела ему вслед, оценивая ситуацию, в которой оказалась.