Жена поневоле

Артефактор хватал воздух ртом, как выброшенная на берег рыба, прижав руку к сердцу.

– Вам плохо? – всполошилась я и захотела подбежать к нему, но Дамиан остановил меня движением руки прежде, чем успела сделать шаг. Мне ничего не оставалось, кроме как наблюдать за его мучениями. Постепенно к Главе Палаты вернулся здоровый цвет лица, а его дыхание нормализовалось.

– Все хорошо, – отозвался он через какое-то время, пытаясь унять мое волнение.

– Точно? – переспросила у него и получила утвердительный кивок. Я едва не взвыла от разочарования, поскольку поняла, что не получу ответ на свой вопрос.

– Прости, – виновато проговорил Дамиан, и в комнате снова стало тихо.

– Я не знала за кого вышла замуж до тех пор, пока не увидела его, – начала свой рассказ.

– Как так? – его лицо приобрело удивленное выражение, а брови поползли вверх, образовывая две идеальные дуги.

– Мы заключили с ним фиктивный брак, – произнесла это, глядя ему в глаза.

– Но зачем тебе это понадобилось? – в бархатистом голосе сквозило недоверие.

– Мне нужны были деньги, – ответила я, потупив взгляд.

– Но я… – он резко замолчал, не договорив фразы. – А Ральф надеялся тем самым получить место в Палате.

– И скрыть свои похождения, – возможно, я допустила ошибку, но мне захотелось ему довериться.

– Герцог Элджертон не так прост, как кажется на первый взгляд, он не закроет на происходящее глаза, – подтвердил Дамиан мои догадки.

– Это я уже поняла, – отозвалась, вспомнив свой разговор с ним.

– Аннулируй брак, если еще не прошла его консуммация, – я видела, как на его скулах заиграли желваки.

– Вам-то что от этого? – не понимала заинтересованности артефактора в этом деле.

– Ты мне нравишься, Оливия, – уверенно заявил он, вызвав у меня своим признанием бешеный стук сердца. Я скрестила руки на груди, чтобы унять его. Если это всего лишь очередной обман, то оно может и не выдержать. – Ты аннулируешь брак?

– Вы ведь сами сказали, что без доказательств бесполезно идти против Ральфа, – уклонилась от прямого ответа и заметила, как Дамиан помрачнел.

– Зачем? – недоуменно спросил артефактор. – На это нет ни желания, ни возможностей. Есть люди повлиятельнее меня, которые не прочь поквитаться с Ральфом, ведь он по сравнению со своим отцом слабак. Пока старый герцог был жив, никто не смел даже помыслить дурного об Альбертсонах, а теперь на твоего мужа могут спустить всех собак.