Жандарм

— Извините, — гулко пробасил Лебедев, коротко кивнул и протиснулся мимо меня.

Недолго посмотрев ему вслед, я зашел в кабинет. Пантелеев был один, видно Лебедев оказался последним, с кем он разговаривал из группы. Так я еще вовремя!

— Твоя встреча закончилась? — вместо приветствия спросил Юрий Николаевич.

— Так точно. Пришел получить план занятий и документы на подъемные.

— Успеешь, — махнул рукой Пантелеев на стул перед собой. — Садись и пиши отчет, что делала Воронцова на Хитровке, зачем вообще заявилась туда.

Кого встретили, как повели себя местные — в общем, все детали, — и, заметив мой недовольный взгляд, ехидно добавил, — я тебя предупреждал об этом.

Послать его, что ли? К сожалению, нельзя. Я и так нарушил распорядок дня, а несмотря на то, что я еще не полноценный жандарм, а только курсант, служба у меня уже формально идет. Поэтому стиснув зубы, подошел к его столу, взял писчую бумагу с ручкой и, пододвинув стул поближе к рабочему столу куратора, принялся за короткий пересказ. Максимально короткий, расписав лишь нападение и появление некоего Николая Трофимовича.

Про резоны Воронцовой написал коротко — женский интерес. Все.

Пантелеев мне не мешал, лишь поглядывал насмешливо и с явным наслаждением от этого действа. Сволочь! Закончив, пододвинул бумагу к нему.

— Понятно, — ознакомившись с «отчетом», протянул Пантелеев. — Форма отчета неверная, но пока спишем на отсутствие у тебя знаний. Демида этого знаю — тот еще тип. В Иваны метит, но пока авторитета для этого у него не хватает.

— Иваны?

— Авторитетные бандиты, которых уважает все подпольное сообщество, — пояснил Пантелеев. — Николай Трофимович — один из них. Причем один из «столпов» у московского криминала. Маг, балуется кровавыми жертвоприношениями и шаманизмом. Изначальная предрасположенность к воде.

— Он — агент Савелия Лукича?

— Шутишь? — рассмеялся Пантелеев. — Такие штатными агентами если и бывают, то до самой их смерти ты об этом не узнаешь. Да и после нее — далеко не факт. К тому же подполковник с агентами не работает, это вотчина таких, как ротмистр Алексеев.

Нет, насколько мне известно, он является просто «контактом» криминала с нашей службой. Бандитам тоже невыгодно, если официальная власть сочтет их совсем вышедшими из-под контроля и примет решение о тотальной зачистке. Вот в особых случаях мы с ним и работаем. Выдать особо опасного преступника, на которого гневается Его Императорское Величество лично. И такие бывают, — добавил он, увидев скепсис на моем лице.