Жаба с кошельком

Вниз, тщательно страхуемый, спустился сам Леша, успевший к тому времени вырвать зуб и вернуться в лагерь.

– Дело плохо, – сообщил он, когда ребята вытащили его наверх, – похоже, у нее шея сломана, но она жива, пульс есть, сознания нет.

Несколько часов Алису вытаскивали наружу. Эвакуация человека в подобной ситуации дело крайне тяжелое, а уж если пострадавший без сознания, задача усложняется многократно.

Наконец операция завершилась успехом. Кочеткову отвезли в Апрелевку, в больницу.

– Она жива? – спросила я.

Света кивнула.

– Ты знаешь, где клиника?

– Конечно, я поехала с Алисой.

– Можешь мне показать?

– Зачем?

Я схватила Свету за руку.

– Скажи, ты дружишь с Кочетковой?

Она кивнула:

– Да, всю жизнь, мы в один класс ходили и живем по соседству…

– Значит, дружите! Ты ее любишь?

– Конечно.

– Тогда слушай, Алиса попала в очень неприятную историю. Мне кажется, что… в общем, если хочешь, чтобы Алиса была жива, немедленно собирайся, и едем в больницу!

– Вы не из газеты? – широко раскрыла глаза Света.

– Да, я приехала к Алисе, но, как видишь, не успела! Ее хотели убить, веревка оборвалась не случайно.

– Бред, – прошептала Света, – такого не может быть.

– Давай торопись! А то убийца раньше нас доберется до клиники.

– Хорошо, – подхватилась она, – только футболку переодену.

Глава 27

Подталкивая друг друга, мы влезли на холм, сели в «Пежо» и поползли по проселку. Светлана сидела молча, лишь один раз она, тяжело вздохнув, сказала:

– Здесь никто не мог веревку перерубить! На такое наши не способны! Мы давно вместе!

Я промолчала.

Обратный путь показался мне более коротким. Мы без помех докатили до больницы и подошли к справочному окошку, за которым восседала бабка в мятом халате. Около нее стоял стакан с кефиром.

– Будьте любезны, – попросила я, – подскажите, в какой палате лежит Алиса Кочеткова.

– Все ходють и ходють, – недовольно протянула старуха, – покоя никакого! Когда положили?

– Вчера.

– А с чем?

– В каком смысле?

– Болит у ней чего? Ну, аппендицит или, может, гинекология?

– Она упала с большой высоты.

– Значитца, травма, – резюмировала бабка и стала медленно листать огромную амбарную книгу, – вот молодежь! Через одного мрут! А все почему? На машинах носятся, на мотоциклах, дурные головы.