Зеленоглазая для магистра. Неукротимые чувства

— Милая, услышь меня! — шептал я ей, держа на руках.

— Салдер! — до ужаса перепуганный голос Кериана заставил меня нервно сглотнуть и перевести на него взгляд. — Салдер! — прошептал он одними губами, смотря полными слез глазами.

От увиденного у меня словно почву выбило из-под ног. Алиса… Кер держал ее на руках, учащенно дыша. Тело иномирянки было покрыто черными вздутыми венами, которые медленно меняли свое положение, смещаясь то в одну сторону, то в другую. Смотрелось до того жутко, что даже мне, видевшему настоящего болотника, стало дурно.

Алиса, как и Асирия не подавали никаких признаков жизни, но я отказывался верить в плохое.

— Что это такое?! — взревел я, смотря на побелевшего лицом ректора. — Тариан?! Что это за чертовщина?! Что с ними?!

— Это могильное проклятие, — произнес он, набирая полную грудь воздуха. — Оно создано из крови, слез, сердечной боли, ненависти и сильного желания отомстить!

Мы с Керианом только открыли рты, чтобы спросить дальше, но водный маг не позволил:

— Сейчас не время вопросов.

— А ребенок? — судорожно прошептал Кер, и у меня сжалось сердце, чувствуя его боль, как свою.

В ответ водный маг горько покачал головой:

— Я не хочу тебя обнадеживать, мальчик мой, — ректор нервно взлохматил волосы пятерней, — скорее всего, проклятие уже забрало его жизнь…

Болезненный, истошный рев прокатился по кабинету, разнося стекла и зеркала вдребезги.

— Успокойся! — с мольбой произнес Тариан. — Кериан, я прошу тебя, успокойся! Возьми себя в руки! Ты и ее можешь потерять! Мне нужна ваша магия! Девочек нужно поместить в определенное место, чтобы замкнуть времени бег! Чтобы не дать проклятию и дальше расползаться по их внутренностям! Пока вы тут рычите и льете слезы ваши жены медленно умирают! Их внутренности разжижаются! Да вашу мать быстро подошли ко мне и открыли свои резервы! Ну?!

На негнущихся ногах, с Сией на руках, я подошел к Тариану, кивая.