Запрет на студентку

Все нормально будет, — заверяет он, гремя металлическими

“блинами” за моей спиной.

Уперев в колени локти, смотрю на пустой зал. На всю площадь здесь

только пара девушек на беговых дорожках и два парня у штанги. Размяв

шею, собираюсь возобновить жим, когда в поле моего зрения между

тренажеров вдруг мелькают убийственно розовые лосины.

Глава 43. Романов

— Давай еще десяточку, — слышу за своей спиной. — Потом на пресс

поработаем…

— Что? — впившись глазами в обтянутую розовым эластаном аккуратную

девичью задницу, чувствую бешеную пляску чертей у себя в башке.

Покачивая бедрами, новоявленная спортсменка двигается по залу, осматриваясь вокруг и вертя на пальце кончик высокого рыжего хвоста.

Розовые лосины и белый спортивный топ создают комбинацию, при

которой на всеобщее обозрение выставлен плоский бледный живот и

маленький круглый пупок, при виде которого во рту собирается слюна.

Найдя то, что искала, то есть, блин, меня, Люба растягивает свой розовый

пухлый рот в обольстительной улыбке, и я понятия не имею, когда, твою

мать, она научилась так улыбаться.

Ее лицо с собранными в хвост волосами похоже на невинное сердечко, которое мне хочется запятнать своей жадной пастью.

— Еще десяточку… — повторяет Илья.

— Угу, — утераю пальцем лоб, пока мое потное тело подвергается

тщательному осмотру.

Изучив все, что ей было нужно, отбрасывает за спину хвост, изображая

полную потерю ко мне интереса. Неторопливо подгребя к первому

попавшемуся тренажеру, начинает его рассматривать, очевидно, понятия

не имея, что с ним делать.

— Работаем? — снова теребит меня Ильюха.

Остановившись рядом, оборачивается, проследив за моим взглядом.

— Че за мармеладка? — усмехается, почесывая свою лысую голову. — Не

видел раньше.

Подняв на него тяжелый взгляд, впервые присматриваюсь к парню

повнимательнее. Сколько ему? Лет двадцать? Я бы мог засмеяться, потому

что внезапно понимаю — он мне не конкурент. Ни в одной, твою мать, позиции. У моей юной любовницы чертовски обманчивая внешность.

— Ты об эту “мармеладку” зубы сточишь, — бормочу себе под нос, наблюдая за тем, как Люба перемещается к следующему тренажеру, потому что с этим у них явно что-то не заладилось.

Обернувшись через плечо, снова находит меня глазами и, покусав нижнюю

губу, хлопает ресницами. Заметив, что я глаз с нее не спускаю, снова

прячет от меня лицо, но я не сомневаюсь в том, что она явилась сюда, чтобы забрать себе все мое внимание.

Черт.

Я готов отдать его ей.