Законник Российской Империи. Том 2

Да уж, а я ведь надеялся увидеть здесь реального воротилу бизнеса, но, судя по всему, Акимов успел этого человека как-то обработать, раз он идет на подобное ради попытки избавиться от него, даже гипотетической. Впрочем, я не могу быть уверен, что после моего ухода Волынский его не предупредит об этом и это тоже следует учитывать.

— Да, конечно, — пробормотал он, пытаясь прийти в себя. — Я всё устрою. Если вы в самом деле сможете справиться с Акимовым, то… да, не будет никаких проблем.

— Отлично, — сказал я, выпрямляясь.

Я откланялся, оставив Евгения Антоновича в его просторном кабинете, и вышел на улицу. Снег всё ещё падал, но теперь он казался мне не таким уж холодным. Я с лёгкой улыбкой оглядел пустую улицу и направился к уже ожидавшему меня на другой стороне улицы экипажу.

Как только я открыл дверцу, то увидел внутри Виктора. Рядом с ним сидел мужчина, связанный по рукам и ногам. Его лицо было перекошено от боли и страха, а на губах запеклась кровь. Я удивлённо посмотрел на Виктора, который, как всегда, выглядел совершенно невозмутимо.

— Что это у нас тут? — спросил я, присаживаясь напротив.

Виктор лениво пожал плечами, его глаза блеснули холодным огоньком.

— Против таких, как Акимов, законные методы не очень работают, — сказал он, слегка наклонив голову. — Лучше сделай эту свою штуковину, чтобы нас не слышали.

Я усмехнулся, но не стал спорить. Активировав магию, я накинул полог тишины, и воздух вокруг нас задрожал, словно отдаляясь от внешнего мира.

— Этот человек, — начал Виктор, указывая на связанного мужчину, который беспомощно сидел рядом и лишь зло сверкал глазами в сторону своего пленителя, когда тот не видит, — Петр Алексеевич Смирнов. Через него Акимов везёт товары контрабандой в Польшу. Он был достаточно туп, чтобы попасться мне под руку, однажды. Опять же, доказательств никаких, чтобы отвести его в Бюро, иначе он бы уже сидел в камере. Сегодня вечером у него встреча, так что сейчас нужно его как следует допросить, а вечером вместо него к Акимову пойдёшь ты.

Я прищурился, изучая лицо Смирнова. На нём к этому моменту уже читалось отчаяние, смешанное с болью. Когда он понял, что его ждёт, его глаза расширились от ужаса.

— План мне нравится, — сказал я, глядя на Виктора. — Допросим, и концы в воду. А может, и не в воду. Все зависит от того, как много ты мне скажешь, да? Дружище?

Я подмигнул мужчине, тот же вызывающе на меня посмотрел.