Законник Российской Империи. Том 2

Я быстро подошёл к ним и начал листать одну за другой.

Журналы содержали записи о поставках, расходах и списании припасов. Быстро пробегая глазами по страницам, я начал замечать всё больше несоответствий. Цифры, которые вначале казались хаосом, постепенно складывались в отчётливую картину. В первую очередь меня заинтересовали записи о списании припасов. Важно было понять, сколько ресурсов реально поступало в лагерь и сколько из них расходовали на учения, питание и снаряжение солдат.

— Так, так, так… — пробормотал я, глядя на строки.

"Цифры не сходились. А они, как правило, всегда говорят правду. Если ты знаешь, куда смотреть, то такие документы могут рассказать больше, чем любой свидетель.

Я начал с журнала поставок. За последние три месяца в лагерь было доставлено столько припасов, что хватило бы на несколько взводов, а не на два подразделения. Вся эта избыточная масса оружия, еды и боеприпасов казалась нелогичной. На бумаге всё выглядело идеально: каждый груз был учтён, подписан и одобрен. Но, стоило мне перейти к журналу расходов, как я сразу увидел странные пробелы.

— Вот оно, — выдохнул я, переворачивая страницу.

По учётным данным расходов выходило, что из всех припасов использовалось только около шестидесяти процентов. Остальные тридцать-сорок процентов просто исчезали. Больше трети поставок — испарялись, словно их и не было. Они не попадали в отчёты о расходах, не списывались, не использовались для тренировок. И что более интересно, год назад этот процент составлял всего десять.

Причем действовал довольно нагло, видимо, считая, что в документы никто не сунется, и все спишут просто на увеличенное количество тренировок или ошибки во время работы лагеря. И, как показала практика, так оно и выходило.

Я быстро перелистал ещё несколько страниц, сверяя данные из разных журналов. Всё сходилось. Поставки были на месте, но они не доходили до реального использования. Это выглядело так, словно кто-то присваивал их себе.

Я уже был готов продолжить изучение, как вдруг услышал, что кто-то идёт. Шаги приближались, тяжелые, уверенные. Это не был случайный посетитель — кто-то целенаправленно шёл в кабинет.

Чёрт.

Резко захлопнув журнал, я быстро вернул его на полку.