Заговор Черной Мессы

И… я хотел бы поблагодарить Уну и Дину, вы передайте им…

– Передам! Мотай отсюда, я тебе говорю! Вот ведь напасть, как заведешь молоденьких русалок, так все подряд и липнут…

Я выбрался на берег, вылил воду из ботинок и широким шагом направился по тропинке в город. Уже на холме, обернувшись, я заметил две девичьи головки – русалки стояли по горло в воде в тени старой ивы и прощально махали мне вслед. Надо будет обязательно вернуться, принести бутыль водки старому хрычу, конфет и пряников девчатам, ну и бусы какие-нибудь в подарок.

Так сказать, за спасение утопающего…

Стрелецкий разъезд перехватил меня уже у мельницы. Мужики были страшно рады видеть мое благородие насквозь мокрым, но живым. У Фомы хватило мозгов отправить еще два таких наряда вниз по реке, в надежде выловить мое тело. Оказывается, мы угодили в специально подготовленную ловушку. Немецкие телохранители ждали именно меня, кроме посольского рукава в реке больше ничего не оказалось, так что поиски Кнута Гамсуновича по-прежнему продолжаются.

Двое стрельцов получили пулевые ранения. Тот охранник, что боролся со мной, был найден утонувшим, еще один был убит в общей схватке, двое уцелевших доставлены в отделение. Яга, выслушав доклад о моей гибели, едва не бросилась на стрельцов с кулаками. Потом опомнилась, быстро поворожила на воде и сказала, что я жив, чтоб сей же час шли искать и чтоб без сыскного воеводы не возвращались. Ну, здесь все складывалось хорошо…"

"Митька, уже успевший вернуться от царя, ждал нас еще в воротах.

Все соседи были тут как тут…

– Живой! Живого ведут!

– Славен Господь на небесах, и чудны его деяния…

– Участкового из речки за шнурки выловили! Говорят, враги на него покушались…

– Ох ты ж, да кому ж он так неугоден, защитник наш?!

– Да мало ли ворья беззаконного по земле ходит… А Никита Иваныч никому спуску не дает! Ни купцам, ни боярам, а намедни и вовсе всех священников заарестовал! За что, за что… Значит, было за что!

– Ой, гляньте-ка, да ведь он мокрый весь…

– Знамо дело, дура… его ж из реки выловили, а не с бельевой веревки сняли.

– Совсем замаялся, сердешный наш… А, доброго здоровьичка, Никита Иванович! Не, не… мой больше не пьет! Спасибо за про…фи… фили…сифили…

– Да не лезь ты к коням под ноги, бедная скотина от твоей рожи аж шарахнулась! Вон у сыскного воеводы фуражечка на ухо съехала… Может, подмогнуть чем, батюшка?

Когда ворота захлопнулись, я облегченно вздохнул.