Вынужденный брак

И она получила первичную должность у Марка Савельева.

Правда, для этого ей пришлось сначала выйти за босса замуж.

***

Первый рабочий день Лизе так и пришлось просидеть у Марка в кабинете. А там сейчас толклась туча народа. Двухнедельное отсутствие шефа не прошло незамеченным. Марк чуть не дымился, столько дел разом навалилось.

Но уже на следующий день для нее оборудовали отдельный маленький кабинет (на самом деле, это была одна из комнат отдыха при шефском кабинете Марка, но она имела выход в приемную). А на двери теперь красовалась табличка:

Серова Елизавета Феликсовна

Личный консультант

Что входило в обязанности личного консультанта, Лиза так и не поняла, зато сотрудники отметили, что шефу консультации определенно пошли на пользу.

И все же, несмотря на то, что Марк был рядом, и ей было очень хорошо с ним, Лиза не могла не сказать, что сидеть куклой в кабинете было, как бы это сказать... Неудобно? Дискомфортно? Скорее уж скучно и непродуктивно.

Однако приближалось тридцатое число, первое правление в фирме отца с их участием. Оно-то и расставило все по местам.

Чем ближе подходило тридцатое число, тем сильнее росло у Марка внутреннее сопротивление. Он вообще не хотел, чтобы Лиза на это правление шла, потому что это его нервировало, потому что...

Лиза была беременна.

Казалось бы, у Марка уже был взрослый сын Сашка, да и вообще, «опыт отцовства» он приобрел еще когда возился с маленьким Андрюхой.

Теперь он готов был пылинки с нее сдувать, дома запереть нафиг, а не то что таскаться на какое-то там правление. Особенно, когда узнал от Олега Серова, что там будет присутствовать его мать, бывшая супруга Феликса, Лариса Серова. На днях как раз официально истек срок и развод вошел в силу.

Марка подрывало просто, так он не хотел, чтобы Лиза туда ходила.

Они сидели обнявшись в гамаке на террасе и смотрели на  город. Был относительно теплый, почти безветренный вечер, но он все равно укутал Лизу двумя пледами и усадил на колени. Она чуточку округлилась, немного выросла грудь, и от этого ему просто голову сносило. Хотелось трогать, касаться, гладить. Не выпускать из постели. Но дела, бл***, будь они неладны.

- Зачем тебе туда идти? - проговорил. - Только разнервничаешься.