Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

Обладая покладистым характером, по утрам дочь могла проснуться в плохом настроении: капризничала, отказывалась от завтрака, но, успокоившись, тут же требовала еду. От вокзала до Ждановичей не так уж и далеко, но на всякий случай лучше иметь при себе что-то съестное. Дабы не спровоцировать новый приступ плохого настроения.

«Документы на месте… Рукопись зря доставала», — Катя переложила из сумочки в боковой отдел чемодана толстую синюю папку.

— Мамочка, мы скоро приедем?

Пока мать закрывала молнию, Марта проснулась и сидела на постели с недовольным видом.

— Доброе утро, родная! С днем рождения! — Катя обняла дочь, поцеловала, подняла подушку.

Читать нотации было некогда.

— Через десять минут Минск, — пройдя по коридору, громко объявила проводница. — Пассажиры, поторопитесь! Поезд опаздывает, стоянка будет сокращена!.. Доброе утро, красавица! С днем рождения! — заглянув в купе, поздравила она девочку.

В окне за ее спиной проплывали здания пригорода.

— Почти приехали. Давай быстрее одеваться. Дедушка с бабушкой должны ждать на перроне. В туалет хочешь?

Марта отрицательно замотала головой, и мать принялась натягивать на нее одежду. Насупившись, ребенок не торопился ей в этом помочь. Значит, не в духе.

— А дядю Такаши пригласим в гости?

Такаши звали соседа, с которым Марта играла в прятки. И ехал он тоже в Минск.

— Нет, дорогая. Он едет по делам, а потом домой, к своим деткам, — за время пути Катя успела перекинуться парой фраз с игривым японцем, который, к удивлению, говорил на немецком.

— Не хочу в Москву! — сквозь готовые выступить слезы заявила дочь.

В дверь постучали, в проеме появился сосед.

— Доброе утро, Катерина! С днем рождения, Марта! — протянул он небольшую яркую коробку.

— Зик!.. — широко распахнув глаза, восторженно прошептала девочка, узнав фигурку одного из любимых мультяшных персонажей. — Спасибо!

— Спасибо, — поблагодарила Катя. — Не стоило…

— Мне доставило радость сделать подарок такому чудесному ребенку, — сосед учтиво поклонился.