Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2

И вдруг почувствовал, как вместе с исчезнувшим солнечным светом куда-то ушли силы… Еле доехал до дома.

Зазвонил телефон.

— Вадик, сынок, ты где? Позвонил, что выезжаешь, а все нет и нет. Я волнуюсь, — укорила мать. — И ужин стынет.

— Мама, все в порядке, я уже во дворе. Иду.

Соединив усилием воли тело и душу, Вадим выбрался из машины и, прихватив пакет с вещами, поспешил к крыльцу: третий час моросил дождь, а промокнуть и заболеть в столь напряженный рабочий момент в его планы не входило.

— Ну наконец-то! — Завидев сына на пороге, Нина Георгиевна подошла ближе, пока он разувался, нежно потрепала по затылку.

— Это хорошо или плохо? — попробовал пошутить Вадим.

Присев на банкетку, он поймал руку матери, прижал к щеке.

— Устал? — поняла она. — Нельзя столько работать. Я и отцу об этом постоянно твердила.

— Мама ты давно общалась с Захаревичем?

— С Артемом?

Вопрос был неожиданным и застал Нину Георгиевну врасплох: покраснела, отвела взгляд.

— Мама, я знаю, вернее догадываюсь, что ты поддерживаешь с ним связь. И я тебя в этом не виню, более того, ничего не имею против: он — твой любимый ученик, у вас свои отношения, не касающиеся… — сын замялся: упоминать фамилию Балай не хотелось. — Мне надо с ним как-то связаться. Пожалуйста, напиши ему, спроси, нашли ли они с Кирой тогда диск и что они с ним сделали. Он поймет.

— Хорошо, — так и не осмелившись посмотреть сыну в глаза, мать подошла к столу, присела.

— А что так?

— Я тебе всего не рассказывала, не хотела тревожить… — было заметно, что Нина Георгиевна разволновалась. — Но спустя некоторое время после их отъезда в Германию он вдруг спросил, знаю ли я, что ты встречался с его женой. Ответила, что да, знаю. Тогда он спросил, известно ли мне, что по твоему настоянию Кира сделала аборт и из-за этого они теперь не могут иметь детей. Я написала, что это неправда, что ты никогда так не поступил бы.

"— Ты не виновата.