Во временное пользование

Ругательски ругала себя за то, что мало с ним общалась, поглощенная своим, никому не нужным, творчеством, своей богемной жизнью. Переписка и еженедельный созвон по скайпу не способствовали сближению.

Вот теперь и получила по полной программе за свой эгоцентризм…

Брат непонятно где, непонятно кто с ним рядом… А вдруг его бьют? Вдруг мучают? Из-за меня? Из-за моей глупости?

Стало зябко, болезненно как-то, и я поторопилась в ванную, чтоб смыть с себя весь кошмар сегодняшнего дня.

Съемная квартира, которую я нашла не без помощи Варвары Петровны, была бедненькой, но чистенькой.

Хотелось в душ, а потом просто лечь и забыться. Отключить мозг хоть на какое-то время.

Встав под теплую воду, я попыталась расслабиться. Варвара Петровна меня сегодня все же немного успокоила.

Господи, эта женщина – словно бальзам. Ее к ранам можно прикладывать!

Я вспомнила, как она приняла меня, растерянную и обескураженную отказом господина Розгина, как напоила чаем с малиновым вареньем, поворчала, что мальчишка много о себе возомнил.

Улыбнулась, похлопала по руке, заявив, что все будет хорошо. Обязательно.

Дала с собой на вечер вкуснейшего яблочного пирога и оплатила такси до дома.

Я прислонилась к кафельной плитке лбом и неожиданно заплакала.

Горько, до истерики и судорожных всхлипываний.

Не знаю, что оплакивала.

А, может, все вместе.

Потом закрутила вентиль, натянула прямо на голое тело шелковый халат, остаток прежней роскоши, посмотрела на себя в зеркало. Уже спокойно.

Нет, мне не приходили в голову банальности о том, что подумаю обо всем завтра, я никогда не любила Скарлетт.

Просто как-то стало легче.

Выхода не виделось никакого из ситуации, кроме как уехать.

Варвара Петровна могла помочь и здесь. Она обмолвилась, что у ее знакомого есть школа искусств в другом городе, и он давно ее туда приглашает. Обещает жилье и достойную оплату. Чем не вариант?

Вот если бы еще с Кириллом все в порядке было…

Я включила телевизор и села за стол, пить чай с яблочным пирогом.

И, незаметно для себя, уснула в кресле.

Разбудил меня странный скрежет.