Виват, император. Часть 2

С ума сойти можно!

— Далее, — успокоился и Эл, — теперь, что касается вас, парни, — обратился он к близнецам. — У вас-то, что с боезапасом?

— По сорок выстрелов на каждого есть. Магазины уже заряженны. — Быстрый доклад от Ганса. — И россыпью ещё столько же.

Он всегда высказывается в их тандеме за всех, старший брат всё-таки, первый родился. Кирым молчит и внимательно слушает Эла."

"— Тогда, так. Ваша задача — держать под прицелом гнёзда. Мы тоже сами будем стараться отстреливать всё, что летает рядом с гнёздами, но есть одно уточнение.

Валить наседку в самом начале боя не стоит. Она ждёт, как будут развиваться события в бою. Если поймёт, что шансов спастись нет, начнёт действовать. Обычно, она в этот момент раскрывает крылья. Это самый опасный для нас всех момент. Зевнёте, останемся без яиц и молодняка. Молодняком можно и пожертвовать, а вот яйцами очень бы не хотелось. Вот именно в этот момент, как только крылья дрогнут, ваши болты должны оказаться в их лбу. Только тогда открывать стрельбу, иначе спровоцируем нападение уже их обречённых товарок на гнёзда. Чем больше мы их в начале выбьем, тем легче нам станет в конце этой бойни. Каким бы огромным не был зал, но триста птах не сможет разом подняться на крыло. И это уже наш с тобой, господин, звёздный час. Ты показывал просто запредельную скорость владения луком, к тому же, как-то смог его приручить. Я знаю. Наша дама проговорилась. Удивлена была безмерно.

Я же прикусил губу. Никому ведь не говорил, а теперь и Шварц на меня таращится, как на прокажённого.

Эльфийские корни, и нечего тут никому доказывать. Ну, не говорить же правду, на самом-то деле, про эльфийского принца, его навыки и знания.

— Теперь, по сборам — на всё полчаса. Не спешить, но поторапливаться. Всё лишнее с себя — в сторону. Главное, стрелы и защита, мечи — за спину. Стрелкам кинжалы держать под рукой, мало ли, подранков прирезать придётся. Теперь с тобой разберёмся, барон. Как говорил, назад за спину ставь «порог молчания». Шума будет много, очень много, а привлекать к себе внимание не стоит.

Поэтому, как отработаешь, так и отдохнём, в противном случае, тут столько набежит нежити, что и отбиться сложно будет. В лучшем случае, выдавят обратно на поверхность, и ни о каком проходе по подземелью разговора уже не будет, если выживем, конечно. Пускай не сюда, но на выходе нас будут ждать. Как говорил, к горгульям никто в своём уме не сунется. Ну, может быть, никто, кроме нас. — Опять смотрит на Шварца.