Виват, император. Часть 2

Ну и удружил мне Серж с таким подкреплением!

Так, а наши-то начинают пятиться. Немного назад, на несколько шагов отошли.

Понятно. Завал тел. И им уже неудобно в таких условиях работать, да-да, именно работать. И проход надо дать нежити, чтобы не задерживалась.

Вновь встали, как волнорезы, а толпа зомби всё не прекращается, благо, идёт только один молодняк, и ничего и никого более серьёзного из противников, пока среди них не было. Скорость вообще никакая, а если учесть, что нежить пытается добраться только до нас с близнецами, то задача по нейтрализации этого биологического мусора у моих санитаров весьма упростилась.

Час времени, а ничего, по сути, не меняется. Зомби прут, как наскипидаренные, мои высшие, вроде, даже в росте прибавили, а я ещё ни одной стрелы не выпустил. Лихо!

И близнецы успокоились. Ганс говорит, что барону по мыслеречи передаёт, что тут у нас творится, а я…

А я почувствовал жжение на груди. Понятно, это мои кошаки тоже хотят поучаствовать в общей сваре, и, может быть, примерить к себе, возможно нужную и для них, энергию.

Сказано — сделано.

Близнецы, как понятно, ничего не поняли, а вот Эл тут же дёрнулся, но улыбка прошла по его искажённому невероятной злобой и веселью лицу. Понял мою задумку и даже умудрится между выпадами и ударами, и уворотами, и отсечением очередной детской головы, высказать благодарность за моих кошаков.

А эти эфирные создания…

Да просто, не думая, с разбега, прямо через головы сражающихся, кинулись вглубь прохода.

Череда выстрелов со стороны высших.

Понятно! Переели сладенького на ночь! Шучу. Видно, столь быстро наполнили, полученные от меня накопители.

Лихо! Вон как выдают целыми сериями, словно из автоматов лупят. Благо, металл в артефактах от Древних, выдержит, чего не могу с уверенностью сказать, про вложенные в качестве наполнителей к ним, камни кремния, как самого доступного из всего, что хоть как-то способно вбирать в себя хоть немного энергии.

Смотрю, как загорелись азартом глаза близнецов, от небывалого зрелища применения артефактов, покоящихся пока и на их запястьях левой руки без дела.