Виват, император. Часть 2

Спасает его пока одно, уж больно медленные они и неповоротливые, и атаковать когтями не в состоянии. Пока лапы поднимут, пока опустят, а опускать и нечего уже! После пары ударов чудовищных лап голема они просто рассыпаются на составные части, но их дохрена, просто ужас сколько!"

"И валят скопом и видно, что и голему моему, ой как не просто.

А в воздухе, похоже, наступает местный армагеддец. Противник валит валом, пытаясь просто задавить, а при возможности, и добить нас, даже мёртвыми телами на излёте. Получить себе на голову такую тушу — верная смерть.

Вот и лупит Шварц, словно очередями, воздушным кулаком, откидывая наиболее опасные прорывы горгулий, но чувствуется, что и сам маленький маг уже на последнем издыхании. Похоже, что уже он и на накопитель перешёл, а это очень плохо.

Мои высшие стреляют из луков не переставая, сбивая словно «мессеров» туши огромных, но столь неповоротливых горгулий. Всё, что видят высшие не защищённое, что на каменном полу, что в воздухе, получает стрелу. Либо при удачном выстреле в голову, стопроцентно выводя их из разряда живых, или просто ранят, давая возможность тварям стать каменными и атаковать нас, но уже в пешем строю.

Но есть одна проблема.

Раненых, в итоге, получается очень много. Это у меня почти стопроцентный результат, и все, кто попал под мои стрелы, уже никогда не встанут, а вот у моих ребят показатели не очень. Сбить в воздухе — сбивают, а вот потом, раненые, уже на земле, каменеют и пополняют шеренги каменных истуканов, что словно каток надвигаются на нас, а если учесть, что падают они недалеко от нас, то бедный голем!

Хотя, он-то, как раз, справляется пока, и поток манны и сил от него всё увеличивается и увеличивается.

Но и его пытаются зажать и лишить манёвра, а если учесть, что твари прут одним фронтом, то получается, дела у нас швах.

В воздухе, похоже, благодаря мне наступил перелом. Спустил почти всех оппонентов на грешную землю, и раненых почти не было. Но вот на каменном полу горгулий ещё очень много, очень.

Близнецы пока не вступают в бой. У них своя задача. И сиделки попытки убить потомство пока не предпринимают, защитников гнёзд ещё очень много.

Я же добиваю последних летунов. Пятый колчан на исходе. Вот это скорость и расход ценного продукта. Но, как говорил Эл, сложно сломать эльфийскую стрелу. Да, я теперь и сам это вижу.

Вон, у половины каменных горгулий, что сейчас прёт на нас в едином строю, из разных частей тела торчат стрелы. Бывшие раненые стоят в строю.