Вероника

От Ники не укрылось взвинченное состояние мужа. Когда гости ушли, а Ника на кухне стала мыть посуду, Игорь демонстративно не входил в кухню, бродя по комнатам и насвистывая себе что-то под нос. Ника поняла, что зреет ссора. Поскольку виноватой она себя не чувствовала, то и не заводила разговор первая. Но зачем-то молча готовила оправдания.

— Послушай, ты его все еще любишь?

Вопрос пригвоздил ее к полу. Когда Ника развернулась, чтобы разговаривать с Игорем лицом к лицу, то увидела его взгляд, горящий нервным огнем.

— Игорь… Он пришел только потому, что ему негде встретиться с ребенком. В Ингиной однокомнатной живет этот Антон, а у Николая в общежитии комната на троих. — Ника говорила быстро, хоть никто не перебивал ее. — В Москве у него никого нет, кроме нас. Если бы он пришел один, без Зои, то я бы, конечно, не пустила его. Или ты во мне сомневаешься? Я бы никогда не изменила тебе, Игорь. Я не смогла бы крутить роман за твоей спиной, я ненавижу это с детства. Обман не для меня, ты же знаешь, я…

— Подожди.

Ника посмотрела на свои руки с мокрым полотенцем. Игорь ждал.

— Да, — сказала она и скрутила полотенце жгутом.

Игорь кивнул, словно удовлетворенный ее ответом, и, все так же насвистывая, двинулся прочь из кухни.

Ника опустилась на табуретку. И тут же вскочила.

Она вошла в спальню и убедилась, что ее опасения сбылись — Игорь собирал чемодан.

— Игорь, что ты делаешь? — начала Ника. — Нельзя же так! Ничего не случилось! Между нами ничего не было! Ты мне не веришь?

— Верю, — с напускным спокойствием ответил Игорь.

— Так в чем же дело? Не ты ли говорил, что брак без любви ничто не нарушит? Ты знал, что я люблю Колю, что выходила за тебя, не пылая к тебе страстью.

Чего же ты хочешь? Я была твоей женой и дальше буду!

Ну хочешь, я запрещу Коле приходить сюда?

Игорь молча отодвинул ее и снял с вешалки свою пижаму.

— Запретишь, говоришь? — усмехнулся он, и Ника поняла, что он едва сдерживает кипящие внутри эмоции. Ему трудно дается его видимое спокойствие. — А кто запретит ему приходить к нам по ночам и ложиться к нам в постель? Кто запретит тебе произносить во сне его имя?

— Я.., разве я…

— Разве! — отрезал Игорь.