Вернуть нельзя, забыть невозможно

– Нет, Ванечка, все не так, – шепчу отчаянно, боясь, что он сейчас просто исчезнет. – У нас с Павлом ничего нет… Как ты мог поверить?

– Если бы я поверил, меня бы здесь не было, – тихо рычит Иван.

Он в бешенстве. Знаю это. Чувствую, как тихая ярость разносит его изнутри, но пытается контролировать эмоции. Никогда не видела его в таком состоянии и просто не представляю, как успокоить. Столько всего нужно сказать, но от волнения слова не складываются в предложения.

– Не молчи, – цедит он сквозь зубы и с силой сжимает мои плечи.

– Я люблю тебя, – бесстрашно кидаюсь ему на шею и крепко обнимаю. – Я люблю только тебя… Ты мой единственный… Я все тебе расскажу, только успокойся. Пожалуйста, давай поговорим.

Иван немного расслабляется, а я облегченно выдыхаю. Бедный мой. Не отталкивает, а наоборот, обнимает, жадно скользя ладонью по спине. Как же я соскучилась по его прикосновениям.

– Девочка моя, – шепчет он мне в ухо и жадно втягивает воздух.

Прижимаюсь к нему крепче и прикрываю глаза, наслаждаясь долгожданной близостью любимого мужчины. Еще не до конца верю в свое счастье, но уже захлебываюсь им.

– Прости, прости меня, но по-другому было нельзя… – повторяю торопливо, покрывая его лицо частыми поцелуями. – Эта свадьба не настоящая, это просто спектакль.

Иван отстраняется и вновь смотрит в глаза, словно пытается решить стоит ли мне верить.

– Для кого? – Его взгляд тяжелый, убийственный, но злость направлена не на меня.

– Для Лютаева… – не рискую лукавить и говорю сразу, как есть, чтобы не дай бог не осталось между нами недопониманий. – Он приходил ко мне… угрожал похитить Нюсеньку… если я не буду с ним.

– Мразь…"

"– Вика! – откуда-то из коридора доносится голос Павла.

Инстинктивно напрягаюсь и пытаюсь удержать Ивана, но тщетно, он решительно идет на звук. Дверь с грохотом распахивается, и запыхавшийся Паша появляется на пороге. Видит меня и сразу кидается навстречу.

– Ты как? Нормально все? – мельком осматривается, но не замечает моей счастливой улыбки.

– Паш, здесь… – не успеваю договорить, как свет загорается и все тайное становится слишком явным.

Глава 17

Иван

Свет неожиданно вспыхивает и неприятно режет глаза, тру их пальцами, пытаясь сориентироваться.

– Ванька, – слышу голос брата, и крышу срывает напрочь.