Вернуть нельзя, забыть невозможно

 – Теперь я это точно знаю.

– По дороге расскажешь. Девка твоя? – кивает он на Настю, забившуюся в угол на заднем сидении. Черт, напугали девчонку.

– Моя, – ободряюще ей улыбаюсь. – Все хорошо.

– Ко мне в машину ее, – кричит Стас кому-то. Задняя дверь распахивается, и в салон заглядывает один из оперов. Протягивает девушку руку и помогает выбраться на улицу, а затем пересесть в другую машину.

– А с этим персонажем че делать? – Второй опер показывает нам Марка, закованного в наручники.

– Мы договаривались, – цедит тот сквозь зубы, глядя мне в глаза.

Стас тоже пытливо смотрит на меня, ожидая пояснений.

– Я обещал его отпустить, как только отвезет меня в Москву, – отвечаю ему.

– Ну и славно, – ухмыляется Стас. – Я-то не обещал. Да и до Москвы далеко. Пакуйте.

Марка заламывают и уводят в машину.

– Стас, – напрягаюсь я. Ведь слово дал. Как-то это неправильно.

– Только не начинай, – морщится он. – Отпущу, как только разрулим. Иначе он нам всю игру поломает.

– Не калечьте хоть…

– За кого ты нас принимаешь? – закатывает он глаза и хлопает мне по плечу.

"По дороге в Москву рассказываю Стасу все, что знаю сам, в том числе и про Настю. Она сидит тихо, как мышка. Не видно и не слышно. Очень правильная стратегия, но девчонку жаль. Напугали мы ее, наверное, знатно.

– Как можно было так вляпаться, не понимаю, – качает головой Стас, видимо, офигевая от моих злоключений.

– Я и сам, если честно…

– А Лютаев этот твой, есть про него какая-то инфа?

– Будет, – говорю уверенно, потому что один раз уже собирал данные на этого мудака.

– Еще чего! Даже не вздумай!

– Почему?

– Кто-нибудь знает? – хмуро спрашивает он.

– Да, моя помощница Марина, – не понимаю его реакции, да я сейчас вообще мало что понимаю. Голова губит словно осиный улей.

– И все?

– Все. Но она не выдаст.

В Марине я уверен. Она проверенный боевой товарищ. В свое время мы с ней прошли огонь, воду и деньги. Умудрились не только сохранить дружеские отношения, но еще и в одной койке не побывать.

– Ладно, не критично, – снисходительно тянет Стас. – Ты для всех погиб. Вот и сиди не отсвечивай, пока я все не узнаю и не придумаю, как вытащить тебя из этого дерьма.

– Я не могу, – возмущаюсь, совсем не так представлял себе свое возвращение. – Меня жена ждет. Могу я ей хотя бы позвонить?

– Пока нет. Никаких контактов. Ни с кем.

Стас непреклонен, но ослушаться его не решаюсь.