Ведьма Вильхельма

Как потом оказалось, вервольф был абсолютно прав. Мясо было на самом деле вкусным, чем-то напоминало курицу. Так что без ужина мы не остались.

Чем ближе к ночи, тем холоднее становилось. Костер развели большой, но даже так было прохладно. Одеял мы не брали, так как не думали, что будем тут ночевать.

Сев поближе к костру, поежилась. Спереди печёт, а плечи и спина замерзают. Хорошо хоть тут ветра нет, или же дождя, а то было бы вообще весело.

Бьярде посидел с нами немного, а потом пошёл спать, предварительно убедившись, что мы пока что не собираемся.

Потерев плечи, еще немного приблизилась к костру, да так задумалась, что прикосновение сзади меня изрядно напугало.

— Это я, — прошептал Охтарон, обнимая меня со спины. — Я вас погрею. Вы не против?

Знаете, я никогда не думала, что от пары простых слов, от совершенно невинного прикосновения у меня будет перехватывать дыхание.

Наверное, это даже страшно, когда кто-то другой способен заставлять ваше тело сходить с ума. Всё в нём начинает работать не так, как я привыкла. Сердце бьется слишком быстро, в районе живота время от времени что-то сжимается, в голове гудит. И воздуха, воздуха катастрофически не хватает. Это даже чем-то похоже на болезнь, Вот только заболеть ею мечтают многие, если не все, так как ощущения эти хоть и странные, но приятные и волнующие.

Раньше, ни в той жизни, ни в этой, я ничего подобного не испытывала, поэтому с неким интересом прислушивалась к себе, пытаясь запомнить эти ощущения. Не думаю, что так реагировать я буду всегда, именно поэтому нужно запомнить, как можно лучше эти мгновения. Эту тишину, треск костра, отступивший холод, звуки окружающей природы, теплое дыхание на коже и странное, пленяющее томление внутри.

— Я хочу вас поцеловать.

Мне казалось, что чуть ранее моё тело вело себя странно.

Чуть шевельнувшись, добилась лишь того, что Охтарон прижал меня к себе сильнее, словно подумал, что я хочу отстраниться от него.

— Вы ведь хотели меня поцеловать, — прошептала я.

— И сейчас хочу. Не убегайте, — голос эльфа звучал приглушённо и низко.