В поисках истины

Ходили разговоры, что Травников и Севастьянов во время пребывания в Риге держали вещи в камере хранения на вокзале. Игнатович и там перелистал множество квитанций и в конце концов обнаружил документы, подтверждающие, что Травников и Севастьянов держали вещи в камере хранения. Так у следственных органов появилось еще одно доказательство их преступной деятельности."

"Были установлены также связи Хабарова с некоторыми жителями Латвии, подтвердившими, что директор судового ресторана занимался спекулятивными и валютными сделками.

За время работы над делом было проведено много различного рода следственных мероприятий: допрошено более 200 свидетелей, наложен арест на вклады, общая сумма которых составила 7000 рублей. Из них значительная часть принадлежала Хабарову. У Травникова изъяли облигаций Государственного трехпроцентного займа на 3000 рублей. Сделав тщательную опись, Кириллов вложил облигации в пакет, запечатал его, как положено инструкцией, пятью сургучными печатями и отправил в Госбанк.

Преступники были полностью изобличены, их вина доказана. Теперь можно было подвести окончательные итоги многотомного дела. Составив обвинительное заключение, следователь понес его на согласование к транспортному прокурору.

Ознакомившись с обвинительным заключением, прокурор Василий Васильевич Желтов сказал Кириллову:

— Вы, конечно, знаете, что такое мертвая зыбь на море? Это довольно неприятное явление. Судно, попавшее на такую зыбь, подвергается опасности быть разломанным. Вот на подобного рода жизненную зыбь попали в свое время и ваши подследственные.

ОБВИНЯЕТСЯ ЛОШАДЬ ГОЛУБКА

Поздним мартовским вечером колхозный тракторист Алексей Киселев и электрик Петр Власов, проходя по деревне, обнаружили лежащего посреди дороги человека. Это был бригадир Федоров.

Колхозная электростанция к тому времени уже кончила работать. Деревня погрузилась в темноту.

— Никак, напился наш Борис Васильевич, даже до дома не дошел — свалился, — сказал Власов. — Такого с ним еще никогда не случалось.

— Развезло! — со знанием дела определил Алексей, который сам был не очень трезв.

— Надо его поднять и отвести домой, — предложил Власов. — Не спать же ему на снегу всю ночь.

Вдвоем они стали поднимать Федорова.