Узел

Мы же на твоей даче будем гулять. Там рядом целый лес сосен.

— Эй, ты обещала вести себя прилично!

— Я обещала не собачиться с Леднёвым, но я не обещала расцеловываться в обе щеки с той проституткой, с которой он сейчас спит.

— О, да, — хихикнула Тоська. — Чувствую, праздник будет жарким. Кстати, что там у тебя с машиной?

— Нет у меня теперь машины.

— Как нет?

— Вот так, — признаюсь я. — Я ее у родителей оставила. Как и пальто, и золото, и шубу я не забрала, хотя собиралась…

Глава 13

Коктейль из уязвленных чувств и алкоголя может сыграть злую шутку…

Настя

— Сними это, — приказывает Тося.

 — Этот убогий розовый… господи, вот уж не думала, что есть люди, которым не идет этот цвет.

— Мы, кстати, вместе с тобой это платье выбирали.

— Помню, что выбирали. Тогда этот цвет тебе шел, а сейчас я смотрю и вижу чудище в сахарной вате. Сними это уродство. Ты не простушка, тебе нельзя надевать такие вещи.

— Мне больше нечего надеть. Буду в джинсах и футболке, — без особого сожаления резюмирую я, но Тося уже что-то откопала на дне моей сумки.

— Что это вот там черненькое?

— Даже не смотри на него. Я его просто так кинула, в последний момент. На всякий случай.

— Надевай. Думаю, настал тот самый случай.

Сама не знаю, зачем я сунула это платье. Узкое, черное, с открытой спиной. Я никуда его не надевала. Много раз мерила, собиралась, но так и не надела. Вот и в этот раз зачем-то кинула, уже зная, что оно так и проваляется без дела.

Сегодня я без особого энтузиазма кручусь у зеркала, хотя мы с Тоськой любим это.

Всегда обсмотрим друг друга со всех сторон, посмеемся, постебемся и выберем нужное. Мы никогда друг другу не врем. Она сейчас честно сказала, что в розовом платье я выгляжу как пугало в сахарной вате, а я всегда говорю, что Тосе нельзя носить юбку-карандаш, в ней ее ноги кажутся короткими.

— О, да-а, — вздыхает Григорьева. — Это оно. Ты только посмотри. Стерва высшего класса.

Да, Тося права. Из зеркала на меня смотрит первоклассная стерва.

Черный цвет съел краски с моего лица, но это ничего, косметика все исправит.

Скулы заострились, лицо чуть осунулось — за этот месяц я очень устала, учеба и работа меня порядком вымотали. Если честно, я в шаге от того, чтобы тупо завалиться спать и вообще не выходить из комнаты до первого января. Или до второго.

Нет, до третьего.

— Леднёв и так знает, что я стерва высшего класса, зачем еще раз это доказывать.

— Причем тут Леднёв, — отмахивается подруга. — С Никитой и так все ясно.