Ты мне никто

Мы со Стасом выходим на палубу. Тор и Лера стоят на носу корабля. Как Роуз и Джек из «Титаника».

- Как хорошо, что у них все хорошо!

- А у нас?

- И у нас тоже. Я счастлива, что у нас все хорошо. И у Да Винчи вроде тоже.

- Надеюсь. Хорошо, что он взял свою Соню сюда.

Соня, подруга Да Винчи, девочка с очень непростой судьбой. Очень талантливая и… И я уверена, что Данила сделает все, чтобы она была еще и счастливой. Я так счастлива сама, что хочется делать счастливыми всех вокруг.

- Я люблю тебя, Стас…

- Моя Синеглазка… Я люблю тебя!

- Это навсегда, да?

- Да, малыш. Это навсегда.

Я знаю, что многие боятся так говорить. Это очень опасное слово. Навсегда. Очень долгое. Ко многому обязывает.

Я считаю, что у меня больше обязательств не перед «навсегда», а перед «люблю». Я люблю. И я хочу, чтобы это было всегда.

И я верю, что у нас получится. И через год, и через два, и через пять, и через десять, и через пятьдесят.

Люблю и навсегда будут идти рука об руку.

Мой Коршун будет любить свою Синеглазку, а Синеглазка будет любить его.

Всегда.

Глава 61. Эпилог 2

Коршун.

Смокинг. Не носил никогда. Но мне чертовски нравится.

И… думаю, как минимум еще пару раз я его точно надену. Скоро будет повод.

Об этом пока знает только Синеглазка.

Да, да, я даже пацанам не сказал. Это наш секрет.

И это очень круто иметь с этой малышкой секретики.

Думаю о ней и сразу по телу фейерверк, в венах играет адреналин.

Подъезжаю за ней на кабриолете, хочу, чтобы этот выпускной был её праздником, чтобы запомнила навсегда.

То, что его запомню я – однозначно!

Потому что моя девочка невероятно красива!

Моя девочка…

Которую я чуть было не про… не потерял.

О чём я только думал? Сейчас, по прошествии времени, вообще не понимаю себя. Это был не я, а какой-то другой, тупой чувак, который думал не тем местом, которым надо. И даже не тем, о котором все думают, что им думают парни!

Собственно, кажется, я вообще не думал.

И ладно бы на батю обиду кинул – ну, честно, там было за что. Реал. Все-таки… У нас была семья, хорошая – не хорошая, дружная – не дружная, это уже другой разговор. Меня всё устраивало, так-то… И отец… Отец виноват в том, что той моей семьи больше не существует.

Нет, я понимаю батю, конечно. Теперь понимаю.