Творец слез

Он отвернул от меня лицо, но я видела, что он сцепил зубы, на виске вздулась вена. Я скользнула рукой по его груди и легонько его обняла.

Сердце Ригеля билось как сумасшедшее, он все еще дрожал.

— Все хорошо. Я здесь, — прошептала я как можно мягче, так как знала, что мой голос поможет ему успокоиться.

Ригель впился ногтями в ладони. Я боялась, что он поранил голову, но не шевельнулась, чтобы проверить: пока рано. Сейчас ему нужны спокойствие и тишина.

На полу среди окровавленных осколков лежала наша помятая и местами порванная фотография.

Ригель смотрел на разбитую рамку и осколки, казалось, целую вечность.

— Я — катастрофа."

"— Потрясающая катастрофа, — добавила я.

Он едко ухмыльнулся, но я не уступала — прижалась щекой к его плечу, отдавая ему все свое тепло.

— Ты не такой. Нет… Даже не смей об этом думать, — сказала ласково я, а так как ответа не последовало, продолжила: — А знаешь, что за цветок я тебе принесла? Амарант. То есть «тот, что не увядает». Бессмертный цветок, как и мои чувства к тебе.

Я улыбнулась и закрыла глаза.

— Он отличается от других растений. Почти не требует ухода, странный на вид и очень стойкий.

Он сильный, как и ты. Амарант такой, какой он есть, этим и хорош.

Я не знала, дойдут ли до Ригеля мои слова, но хотела, чтобы он понял: если я не могу забрать себе хотя бы часть его боли, возможно, мое присутствие сможет ее облегчить.

— Перестань меня нахваливать. Я никогда не стану нормальным человеком, — признался он.

Я знала, как сильно болезнь влияла на его психику. Приступы не только истощали его физически, но затуманивали его разум. Они делали Ригеля неадекватным, раздражительным и рождали в нем настолько глубокое чувство разочарования в себе, что он отрекался от своей личности.

— Неважно.

— Еще как важно, — обиженно прошептал он.

Нет. И знаешь почему? — спросила я кротко. — Потому что ты идеально мне подходишь. Мне нужен любой Ригель, со всеми недостатками, слабостями и поломками.

Ты мой самый милый и самый противоречивый волк…

Я снова переусердствовала со словами, но Ригель сейчас казался таким беззащитным и слабым, что надо было защитить его от самого себя. Я вспомнила, как после несчастного случая чуть не довела себя до смерти, потому что не могла смириться с тем, что могу его потерять. В то время я была слишком молода, чтобы понять, как сильно я ошибалась, но и сейчас я готова отдать ради него всю себя.