Творец слез

— Они дома?

Повисла тяжелая тишина. Затем Асия и Далма повернулись ко мне.

Я стояла в оцепенении и едва дышала.

Глаза мужчины теперь были прикованы ко мне.

— Это она? Девушка, которая здесь живет?

— Но что вам от нее нужно? — спросила Анна, вставая перед ним.

Мужчина проигнорировал ее, продолжая обращаться ко мне.

— Мисс Довер, я хочу задать вам несколько вопросов.

— Итак, — отрезал Норман, — кто вы и что делаете в нашем доме?

Мужчина перевел холодный взгляд с меня на Нормана, потом полез в карман и, вытащив блестящий значок, произнес:

— Детектив Ротвуд, мистер Миллиган, департамент полиции Хьюстона.

Все уставились на него в изумлении. — Чччто? — пробормотал Норман. — Должно быть, произошла какая-то ошибка, — сказала Анна, — зачем задавать вопросы? — Ригель Уайльд и Ника Довер, — прочитал мужчина на бумажке, которую тоже вынул из кармана, — проживают в доме сто двадцать три по Бакери-стрит с Анной и Норманом Миллиганами. Адрес верный. — Детектив Ротвуд убрал бумажку и снова посмотрел на меня.

— Нет-нет, подождите минутку! — Анна решительно смотрела на него, встав между нами. — Вы не можете прийти сюда и задавать вопросы, ничего не объясняя! Дети несовершеннолетние, они не будут с вами разговаривать, пока вы не скажете, что произошло!

Детектив Ротвуд искоса посмотрел на нее. Сначала я подумала, что он раздражен, но потом поняла, что он обдумывает ее слова.

— Я собираю информацию по деликатному вопросу, который недавно привлек наше внимание.

Начато расследование, и я здесь, чтобы взять показания и попытаться, так сказать, пролить свет.

— На что?

— На некоторые события, связанные с сиротским приютом «Санникрик».

С этого момента я слышала все как сквозь стекло. По телу пробежал мороз. На меня нахлынуло страшное предчувствие, и в ушах загудела кровь.

— «Санникрик»? — Анна нахмурилась.

Из маленького черного пятнышка предчувствие увеличилось до размеров пятна, а потом, как чернила, растеклось по моим жилам, подхваченное кровью. Я ощутила, как что-то царапает меня, не останавливаясь, оказывается, мои ногти.

— Речь идет об очень важном деле, именно поэтому я и нахожусь здесь.