Трое из Леса. Первая трилогия

Его трясло, он заикался, брызгал слюной. – Мы ночь не спали, искали!.. Мрак и сейчас бегает, каждый камешек уже перевернул, в мышиные норки заглядывает!

Таргитай виновато развел руками:

– Сам не знаю, что стряслось… Задремал на бережку, что ли?"

"Земля дрожала, от рощицы бежал Мрак, тяжелый и грозный, как тур. На поясе блестели швыряльные ножи, из-за плеча высовывалась ручка тяжелой секиры. Мрак был изнурен, лицо перекошено. Глаза налились кровью, под ними висели темные мешки. Он похудел за ночь, на суставах пламенели кровавые ссадины, а пальцы стали черными, словно оборотень раскапывал землю голыми руками.

– Где ты был? – гаркнул Мрак страшным голосом.

Олег вскочил навстречу, сорвал с перекладины котел с парующей кашей:

– Мрак, я твой любимый кулеш сварил! Со старым салом, что Конан дал. Давай поедим, а за едой он все расскажет.

Мрак сердито сверкнул глазами, в горле словно прокатились тяжелые глыбы. Он тяжело дышал, широкая грудь часто вздымалась. Не говоря ни слова, он сел к костру, взял ложку.

Торопливо, чувствуя себя виноватым, Таргитай рассказал все-все. Слушали молча, только сопели над горячей кашей. Деревянные ложки мелькали, каша быстро убавлялась. Сжалились, оставили и Таргитаю на донышке – тот и раньше быстро есть не умел, к тому же боялся горячего.

Пока он выскребывал остатки, Мрак хмуро бросил Олегу:

– Ему даже снится такое, что потом становится песней.

Олег охотно кивнул:

– Да, он певец по рождению. Зря из него тесали охотника, бортника…

Таргитай облизал ложку, вяло удивился:

– Не верите?

Олег пожал плечами, сказал с насмешкой в голосе:

– Тут вовсе не надо быть волхвом, чтобы увидеть, что к чему. Даже Мрак понял, кто эта женщина. Она сказала, как ее зовут?

– Н-нет… Но нужды не было! Имя для того, чтобы отличаться от других, а мы все время были вдвоем.

– Ладно, умник, – прервал Олег в манере бесцеремонного Мрака.

Таргитай смотрел то на одного, то на другого. Мрак и Олег странно переглядывались, ухмылялись. Наконец Олег сказал тем тоном, как всегда говорили с Таргитаем в деревне, признавая за первого дурака:

– Тебе повезло, что она не явилась наяву!.. Вот уже сотни лет ее никто не видывал.