Трое из Леса. Первая трилогия

А как он очутился на юге? Аист сдуру заблудился, не туда ветром занесло?

– Не его, а его мать Лету, – объяснил Олег. Он напыжился, излагая то, что успел прочесть. – Она из нашего племени невров, а на юг бежала, перекинувшись волчицей! За что ее изгнали – в книге не сказано. Лишь добежав до Делоса, вернула себе человеческий облик – пришло время разрешиться от бремени… На свет принесла близнецов: мальчика и девочку. Их там назвали Аполлоном и Артемидой. Но хоть и родились в чужом краю, но наша кровь сказалась: девка стала богиней лесной охоты, хотя лесов там – с гулькин нос, научилась стрелять из лука.

Мрак задумчиво посмотрел в ту точку неба, где растворилась повозка Аполлона.

– Из лука – понятно, у нас с детства каждый… Кто стреляет плохо, мрет с голода.

Олег сказал гордо:

– А что? Если в Лесу родились, пням молились, так больше ничего не умеем? Мы вон тоже из Леса – и ничего! Как Аполлоны. Кстати, знаешь, кто был отцом Аполлона и Артемиды?

– Ну-ну, не дергай бера за хвост!

– Невр Опис. Твой прадед, а ты, говорят, весь в него как вылитый.

Мрак присвистнул, сощурил глаза, глядя в синее небо. Долго шли молча, посматривали по сторонам, замечали каждое пыльное облачко.

"– А я бы ни за какие пряники не ушел из родного Леса! Даже сделай меня хоть сейчас вторым солнечным богом!.. А ты, Олег?

Волхв пожал плечами, потеребил бородку:

– Не знаю. И в своей деревне остаться хорошо бы, но и… Мрак, мы ведь столько узнали и увидели, когда вышли из Леса! У тебя вот железная секира и стрелы с бронзовыми наконечниками, каких ты не знал в Лесу. Мы много узнали, мы ездили… почти ездили на конях. Мы разговаривали с Горыней, Святогором, самым первым волхвом…

– Лес – наша родина! – объявил Мрак с негодованием.

– Да-да, конечно… Но стать богом в чужом краю – тоже терпимо. Недаром многие невры ушли. Одни раньше Леты, другие позже. Да и сейчас тоже…

– Что сейчас? – переспросил Мрак подозрительно. – Но-но! И не думай. Лес – это Лес. Все остальное хуже. Лучше быть последним невром в Лесу, чем солнечным богом на чужбине!

Изгои промолчали, отводя взгляды. Трава сухо трещала под сапогами.