Бог Войны

— И все равно сделала это, мне было так же больно, как и тебе, если не больше. Поэтому я не могла видеться с тобой, пока не буду уверена, что больше никогда не причиню тебе боли, осознанно или нет.

— Я горжусь тобой, красавица. Я знаю, что последние пять месяцев были тяжелыми, но ты так хорошо справилась.

Прилив эндорфинов проникает в меня, но я заставляю себя сдержать его и поток слез.

— Я сделала это не только ради себя, но и ради тебя. Ради нас. Спасибо, что был рядом каждую ночь.

— Я всегда буду рядом, — он гладит мою щеку, нос, уголок рта, вытирая мои слезы и смотря на меня глазами, такими мягкими и любящими, что мне хочется в них утонуть.

— Даже если мне станет хуже?

— Особенно если тебе станет хуже.

— Даже если я не захочу тебя?

— Даже тогда. Хотя ты хотела меня с детства. Сомневаюсь, что это когда-нибудь изменится.

— Это правда, — я хихикаю сквозь слезы, прежде чем смех медленно затихает.

Он кивает, вспышка боли мелькает в его глазах.

И тут я понимаю, что, возможно, причинила ему такую же сильную и глубокую боль, как и он причинил мне в прошлом.

Железный Человек чувствует, и я — тому причина.

— Я люблю тебя, Илай. Я влюблена в тебя с тех пор, как была маленькой несведущей девочкой. То, что началось как наивная влюбленность, переросло в неконтролируемую любовь, ради которой я готова на все.

— Ты сделаешь это? — бормочет он.

— В одно мгновение. Мы слишком долго были вдали друг от друга. Мы слишком долго друг друга не понимали. И я думаю, нам пора начать новую жизнь вместе."

"— Вместе, — говорит он, а затем его губы касаются моих.

Вначале это сладкий поцелуй, но затем он углубляет его, похищая мое дыхание и мое будущее.

Любовь всей моей жизни может и не обычная, но он — весь мой.

Глава 44

Ава

Мои стоны эхом разносятся по коридору, когда Илай несет меня в нашу спальню, впиваясь своими губами в мои.

Мне, наверное, стоит быть тише, особенно после того, как Сэм и Лео ухмылялись и прокашливались, когда мы проходили мимо прихожей. Но, честно говоря, я слишком счастлива. И возбуждена.

Это издевательство, что я целых пять месяцев не могла прикасаться к своему мужу.