Тридцатого уничтожить!

Лона сразу же почувствовала, что этот парень ей по душе. Она улыбнулась, вынула из шифоньера махровое полотенце и прикрылась им: еще немного подождет и пойдет посмотреть, что он там делает?

А Савелий, войдя в ванную комнату, открыл горячую воду и начал наполнять ванну, затем рассмотрел полку с различными коробками, расписанными яркими цветами и надписями по-французски. Выбрав самую, на его взгляд, красивую, он высыпал из нее чуть не половину в воду и бросил туда кофточку. Засучив рукава, начал полоскать, обжигал руки.

— Вы что, с ума сошли? — всплеснула она руказад. — Стирать такую вещь в горячей воде! — Она вдруг увидела пачку, из которой Савелий насыпал порошок в воду. — Вы… вы… вы… из нее?

— Что-то не так? — растерялся он.

— Вы что? — вскрикнула Лона. — Это же для мытья раковин. Что ты наделал? — вдруг она начала бить его махровым полотенцем, которым укрывалась.

Савелий прикрывался рукой от ее ударов, потом обиделся:

— Больно же!

— Больно? — завелась она, схватила ту злополучную коробку и швырнула в Савелия.

Но и после этого она не прекратила шлепать полотенцем, а он со смехом попытался перехватить ее руки. Она вдруг поскользнулась и бултыхнулась прямо в ванну, подняв тучу брызг:

— Ой! — вскрикнула Лона от горячей воды. — Горячо! Савелий быстро подхватил ее и поставил на ноги:

— Дурак! — сквозь слезы выкрикнула она и толкнула его в грудь. Он взмахнул руками и тоже упал в горячую воду:

— Действительно, горячо! — крикнул он, и на этот раз Лана помогла, ему выскочить из ванны.

Вспоминая эту сцену, Савелий каждый раз начинал смеяться, жалея, что никто не заснял видеокамерой их борьбу.

После того как они пришли в себя, Лана пошла в комнату переодеться, а Савелий снял с себя все прямо в ванной комнате, отжал и повесил сушиться. Потом обернулся тем же полотенцем, что принесла Лана, и вышел.

Лана сидела, завернувшись в простыню, и смотрела какой-то сексуальный мультик.

Савелий присел рядом и уставился со злостью на экран.

Первой не выдержала Лапа: она повернулась к нему и нежно спросила, разглядывал синяк под его глазом:

— Больно?

— Где? — спросил он, потирая ушибленную о край ванны ягодицу, потом вдруг разразился смехом. — Нет, даже приятно.

Лана подхватила смех, затем подошла к нему и ласково притронулась губами к его синяку.

— Как здорово! — шепнул Савелий, затем встал, обхватив ее лицо ладонями и взглянул прямо в глаза.