Тридцатого уничтожить!

Он улыбнулся и нежно прижал к губам медальон: что-то там поделывает Лана? Чем сейчас занята? Скорее всего, уже ходит по столичному западному городу, забыв о существовании какого-там парня.

Нет, не могла Лана его забыть! Савелий вдруг ощутил прикосновение ее губ, вспомнил ее запах. Он чувствовал тогда, что она была искренна с ним: ее ласки, голос, нежность — все говорило о том, что она счастлива от его прикосновений и получает истинное наслаждение."

"Как было бы здорово очутиться вновь рядом с ней и ощутить ее руки, увидеть ее глаза, услышать биением сердца, слиться с ее дыханием.

Он вдруг подумал о Григории Марковиче. Странное было у Савелия к нему отношение: с одной стороны, вроде бы должен испытывать благодарность — выручил заграницей, помог вернуться на родину, купил билет, с другой стороны — ненависть: окунул его в ада дерьмо! Надо же, объект КГБ! А если он не знал и не знает обо всем этом и действительно было желание только помочь с работой? Не сам же он отправил его на эту базу? Такие умные глаза, приятный и добрый голос.

Что-то здесь не вяжется. Глаза, голос. Ерунда все это!

Не может майор КГБ, если не обманул и в этом, не знать, чем занимаются его приятели! Не может! И все! Что ж, надо будет проверить, обязательно проверить.

Савелий скосил глаза на руку: часы показывали без пятнадцати час! Через пятнадцать минут нужно выйти отсюда. Он еще раз мысленно прошел тот путь, который ему предстоял.

Его память была способна мгновенно воспроизвести нужную, информацию, если он посылал соответствующий сигнал.

После этого он мог с закрытыми глазами пройти весь маршрут, не боясь ошибиться.

Все, пора! Савелий неловко, словно во сне, повернулся в сторону спящих соседей прислушался к их ровному дыханию, затем взглянул в сторону телекамеры и хотел уже встать, но в этот момент зажегся красный огонек, и Савелий закрыл глаза: видно, оператор делал плановую проверку всех помещений. Вскоре огонек погас, и Савелий, не теряя ни секунды, вскочил с кровати, уложил вместо себя сложенное одеяло и накрыл простыней.

Потом быстро оделся в военную форму, сверху натянул черный марлевый комбинезон с капюшоном и стал напоминать ниндзя из американских боевиков. Взглянув на Семнадцатого, он положил на его тумбочку пластиковую карту, которую тот ему дал: нельзя допустить, чтобы парня наказали за этот дружеский жест. Пусть Психолог отвечает! Савелий ехидно улыбнулся: вот шуму будет!

Прощай, сосед! Может, когда и доведется увидеться.