Третий олень для эльфа. Наши в академии магии

- К черту подобности! – выкрикнула я, потому что тихо говорить уже не могла – зуб на зуб не попадал. – Раса какая?

Раса… Ну и ненормальная ты, Бронька! Додумалась тоже. Раса… Роль!

- Эльф… - удивительно, но незнакомец меня понял правильно, хоть и ответил несколько удивленно и заторможено. Что в целом понятно, не каждый день с тобой девицы, вылезшие из сугроба, говорят.

- Тебя-то мне и надо! А где олени? – продолжила допрос с пристрастием. И пусть скажет спасибо, что я про сцену с правой кулисой не спрашиваю.

"- Олени? – ну, точно, не догоняет! Вон, повторяет мои же слова. – Олени там, на поляне за ручьем бегают.

И что же мы стоим? Кого ждем? Они там уже бегают, а мы с эльфом тут лясы точим!

- Бежим! – выпучив глаза, заорала я за секунду до того, как в очередной раз искупала злосчастные стринги со всем содержимым в снегу.

Ноги с металлическими пластинками на сапогах безбожно разъезжались, и удержать равновесие было не реально. Наверное, я снова что-то сказала в сердцах, очень уж меня достала вся эта ситуация.

А потом… Потом вдруг сделалось так стыдно и неприятно, кстати, тоже. Хотя, про неприятно я бы поспорила. В общем, одного отдельно взятого оленя выдернули из снега, словно морковку из грядки. Быстро. Бесцеремонно. И абсолютно хладнокровно. Ног и рук я почти не чувствовала.

- Понаберут бестолковых человечек… - проворчал мой, будем пока считать, спаситель и обратился ко мне: - Стоишь?

Я кивнула, потому что действительно стояла.

Где-то надо мной хмыкнули, снова меня собрали в кучку и больше не отпускали. Более того, мой неожиданный герой снова решил заговорить. Лучше бы молчал, честное слово!

- Для начала учатся стоять, затем ходить, и уж потом бегать, - равнодушным лекторским тоном сообщили мне. Сноб! Даже захотелось в глаза взглянуть этому черствому бездушному человеку! – Последовательность запомнила или следует повторить?

Зараза какая неприятная, а? Ну ты подумай!

Вот только злилась я совсем не долго, потому что удерживающие меня руки на миг исчезли, и тут же на плечи опустился тяжелый, подбитый каким-то мехом, уютный плащ незнакомца.