Только ты

Подобно осторожному мустангу, Ева почувствовала, что она уже не одна. Она отряхнула платье из мешковины и поспешно натянула его на голое тело.

— Помылась?

Голос Рено прозвучал в двух шагах от нее.

Ева резко повернулась к нему, широко раскрыв глаза. Рено стоял совсем рядом. В руке его была стопка чистой одежды.

— Да, — шепотом ответила она. — Помылась.

— Тогда разреши мне воспользоваться миской.

— О…

Ева сказала себе, что она нисколько не разочарована тем, что он подошел к ней только потому, что тоже желал освежиться после долгой езды.

— Вот она.

— А можно использовать твою тряпку? — Голос Рено был грудным, почти хриплым. По коже Евы пробежал холодок, как если бы ее тихонько погладили.

— Да, конечно, — ответила она.

— А твое мыло?

Она кивнула.

При этом движении небрежно собранный узел волос распался, и при лунном свете видно было, как они рассыпались по плечам. Они доставали до самой талии.

— А твои руки, gata… Могу я ими также воспользоваться?

Рено уловил, как прервалось дыхание Евы, и очень пожалел, что не мог видеть ее глаз.

— Я знаю, что это выходит за пределы нашей сделки, но я был бы очень признателен, если бы ты побрила меня. В такую жару борода чертовски чешется.

— О, конечно, конечно, — произнесла она торопливо.

— Ты когда-нибудь брила мужчину?

Серебряный отблеск луны пробежал по ее волосам, когда она кивнула.

— И стригла… И делала маникюр…

— Еще один способ зарабатывать на жизнь?

Ева почувствовала неожиданный сарказм в голосе Рено и вздрогнула.

— Да, — сказала она.

И, понимая направление его мыслей, добавила:

— И никто из них не тронул меня.

— Почему? Требовалась дополнительная плата?

— Нет. У их горла я держала бритву.

Рено вспомнил, как несколько минут назад видел ее нагую в лунном свете, с блестками влаги на упругом девственном теле, которое могло свести мужчину с ума.

Но он не мог в это верить.

Даже ночные тени не скрыли скептического выражения на лице Рено. Она ясно это видела. Выражение ее лица также изменилось, оно стало отрешенным и холодным, как лунный свет.

— Я никогда не торговала собой, громила с ружьем.

Рено довольно мрачно улыбнулся.