Только ты

При виде сочувствия, отразившегося в ясных глазах Джесси, Ева чуть не расплакалась.

— Вы очень добры, — проговорила она хрипло. — Но вы глубоко заблуждаетесь. Рено вполне понимал, что говорил. Он эти слова часто повторял и раньше.

Джесси закусила губу и горестно покачала головой.

Ева же продолжала говорить неестественно спокойным голосом:

— Моя половина золота составляет восемь слитков. Я оставила два вам и Вулфу и два Рейфу. У Калеба уже есть его доля.

Вулф и Рейф одновременно попытались возразить. Ева не стала их слушать.

— Это золото принадлежит ему, — сказала Ева. — Он может положиться на него.

Мышастая взвилась на задних ногах, рванулась и понеслась прочь. В долине еще долго звучал цокот копыт, подобно тому как отдавался он в стенах салуна, когда Ева в том же темно-красном платье уносилась из Каньон-Сити.

23"

"Рено неподвижно лежал в тени большой ели и смотрел прищуренными глазами на луг. Сегодня впервые за пять дней он не испытывал головокружения. Темная синева у него под глазами исчезла, больше не мучила тошнота. И хотя, если судить по напряженно стянутому рту, головная боль не вполне утихла, ее можно было рассматривать всего лишь как мелкое неудобство.

Не головная боль беспокоила сейчас Рено. Его мучила мысль о девушке, которой, оказывается, было все равно, жив он или умер.

Рено не видел Еву с тех пор, как его вынесли из шахты. Когда он спросил, где Калеб, Рейф ответил, что Калеб повез Еву в Каньон-Сити. Рено больше не упоминал ее имени. Как и никто другой.

В прозрачном спокойном воздухе до Рено донеслись раскаты смеха Вулфа, сопровождаемые серебряными переливами голоса Джесси, когда муж закружил ее в воздухе. В конце концов они оба упали на землю, и высокая густая трава скрыла их от глаз Рено.

Хотя Рено и не хотел себе в том признаться, но воспоминания истерзали его душу.

Однажды на этом лугу он погнался за Евой, поймал и повалил на траву… Всего однажды, не больше…

«Пыталась заключить сделку со Слейтером… Заключить сделку со Слейтером… Заключить сделку…»

Рено не сразу заметил, что рядом с ним стоит брат, устремив на него проницательные серые глаза и держа пару багажных сумок в руках.

— Отрадно слышать смех Вулфа, — сказал Рейф.