Только ты

— И смотришь на меня так, будто прикидываешь, какой я на вкус с маслом и кленовым сиропом, — растягивая слова, пророкотал Рено.

Ева вспыхнула, однако не смогла сдержать смеха. Она все еще продолжала смеяться, когда Рено стащил ее с седла и поцеловал так, что у нее закружилась голова.

— А мне нравится, когда ты так смотришь на меня! — прошептал он у самого рта. — Мне это чертовски нравится.

Он поднял Еву на руки и подсадил в седло.

— Садись, gata. Нам предстоит очень долгий путь.

— Я не думала дразнить тебя, — возразила она.

Рено сел на лошадь и коротко кивнул.

— А может быть, мы могли бы… — голос Евы замер, но затем, не обращая внимания на румянец на щеках, она быстро закончила: — Ты мучаешься, я вполне здорова, так почему бы нам сейчас не…

Рено подъехал вплотную к Еве.

— Есть причина.

Спокойный тон Рено никак не соответствовал тому, что кричали его зеленые глаза.

— Слейтер? — с горечью предположила Ева.

Рено покачал головой.

— Я думаю, что пройдет не меньше двух дней, прежде чем Горбатый Медведь вновь выйдет на наш след.

— Тогда почему же нам не заняться тем, чем нам обоим хочется?

Превозмогая желание, Рено улыбнулся, глядя на пунцовые щеки засмущавшейся Евы.

— А потому, моя сладкая девочка, что когда я возьму тебя в следующий раз, то не отпущу до тех пор, пока у нас обоих останется хоть капля сил.

Ева сидела, положив подбородок на колени и обняв руками ноги.

Рено отправился на разведку ущелья, о котором говорил шаман. По его словам, ущелье должно вывести к старинному испанскому маршруту. Если дорога не сулит особых препятствий, они могут продолжить путь при лунном свете. В противном случае они устроят сухой бивак здесь, у края плато.

На западе солнце собиралось коснуться линии горизонта. Внизу, в отдалении, длинные густые тени выползали из-за каменных глыб и скал. Они вытягивались, двигались, и пейзаж менялся, словно узор в калейдоскопе.

Услышав позади шаги, Ева, не оборачиваясь, узнала Рено. Неповторимый ритм его шагов вошел в ее жизнь и стал частью ее самой, как и сладостные воспоминания об укромном источнике и радужном водопаде.

— О чем задумалась? — полюбопытствовал Рено.

Ева улыбнулась, продолжая наблюдать за игрой теней и закатных лучей.

— Я все удивляюсь, — сказала она, — как возник весь этот лабиринт и как он не похож на все, что я видела.