Только ты

Ева мягко оттолкнула Рено, грустно улыбнулась и открыто взглянула ему в глаза. Затем стала на цыпочки и коснулась губами его губ.

— Спасибо за науку, Рено. Сейчас нам, пожалуй, лучше заняться поисками прииска. Я за этот день узнала больше, чем за всю жизнь.

16

На следующий день Рено и Ева, следуя указаниям шамана, двинулись старым, ныне позабытым маршрутом вдоль плато. После полудня Рено повернулся к Еве и нарушил доброжелательное молчание.

— Шаман сказал, что я должен показать тебе очень интересное место.

— Где? — удивленно спросила Ева.

— Примерно в миле отсюда. Ты подожди, пока я проверю. Я не хочу, чтобы мы оказались жертвой мести какого-то старого шамана.

Разведка не заняла много времени. Не более чем через десять минут Рено вернулся. Он подъехал, увидел в ее глазах немой вопрос и потянулся к ней. Он обнял ее, притянул к себе и быстро, яростно поцеловал. Когда он отпустил ее, Ева посмотрела на него взглядом, в котором читалось удивление… и желание.

— А ты думала, что если один раз испытаешь удовлетворение, то больше не захочешь?

Краска прилила к щекам Евы.

— Ни о чем таком я не думаю, — ответила Ева, вспомнив при этом о мгновениях безудержной страсти, пережитых ею вчера, когда Рено купал ее в бассейне. Рено рассмеялся и дотронулся пальцем до ее рта.

— Тебя очень приятно дразнить, — сказал он. — Просто удивительно, что я не разбудил тебя утром таким образом, каким собирался разбудить.

— Это каким же?

— Изнутри.

Румянец на щеках Евы стал еще более густым, однако она не удержалась от смеха.

Сейчас Рено вел себя с Евой совершенно иначе, он словно ухаживал за ней. Правда, затем Ева вспомнила, что он не собирается жениться и поэтому вряд ли будет ухаживать, и смех ее как-то угас.

«Ухаживают за женщиной, которую хотят видеть своей женой. А это была легкая забава перед завтраком с девушкой из салуна».

— Но потом я решил, что это преждевременно, — продолжал Рено.

Хотя тон его был шутливым, глаза оставались серьезными. Ева знала, что он все еще казнит себя за то, что причинил ей боль, когда лишил, ее невинности.

— Я чувствую себя превосходно, — заверила его она.

И это была сущая правда. Сегодня утром она проснулась с намерением насладиться тем, что она имеет, а не рыдать о том, чего у нее нет.