Телохранитель для дочери генерала драконов

Чтоб ему сметаной обожраться!

С первого же мгновения, как она взяла его в руки, ощутил, что теперь у меня появился серьезный конкурент. Мало того, что хвостатый нагло съел все мясо, что я приготовил нам на день, так еще и развалился на Касси, уложив свою бессовестную морду между ее грудей.

Чего я себе пока позволить ну никак не мог. И это бесило!

И теперь, словно издеваясь, этот шерстяной мешок высокомерно поглядывал на меня одним глазом.

— Касси, ты бы так с ним не обнималась, у него блохи, — прошипел я из чистой вредности.

— А они опасны для человека? — Она повернула голову и, наконец-то, посмотрела на меня.

Дождался!

— Ну вообще-то, нет, — выдавил из себя нехотя. Не врать же ей еще больше.

— Тогда и ладно, — она отвернулась, и я снова был забыт.

Склонившись, Касси принялась чесать эту рыжую заразу за ушком.

— Я всех блошек у тебя выведу, мой маленький. Искупаем тебя, причешу хвостик и будешь у меня самым красивым мальчиком. Все кошечки придут в восторг при виде такого жениха.

Слушая ее, котяра еще и лапы вытянул, наложив их на весьма аппетитную девичью грудь.

«Кастрирую!» — мысленно прорычал я.

Кот открыл второй глаз, зыркнул на меня и зевнул во всю пасть. Не впечатлился.

— Надо тебе имя придумать, — ворковала Касси. — Что-нибудь величественное.

Кот извернулся и подставил ей пузо, чтобы чесала и не отвлекалась на ерунду.У меня от злости скулы свело. Ну хорошо же все было. Касси с меня взгляда не сводила. С разговорами лезла. А теперь что?

— Может, фером? — она просияла.

Котяра заурчал.

— Хотя это как-то банально, — она забавно поморщила носик. — А давай тебя Руньярдом назовем, а? Будешь важно гулять и все деревья на улице метить как свою территорию.

— Рыжик! — зарычал я грозно. — И никак иначе.

— Руни, ну это слишком просто? — Ничего не понимая, она уставилась на меня.

— Рыжик! — повторил я.

— Хм... Ладно, потом решим, — спорить она не стала, но и со мной не согласилась.

Кот заурчал сильнее, требуя к себе внимания.

— Мяска бы ему еще, — она снова принялась начесывать эту усатую морду.

Я же, стиснув челюсть, стегнул лошадку. За бричкой следовала и вторая кобылка. Вода в бурдюках имелась, одеяло для Кассандры тоже. И если бы кто-то не сожрал все наши съестные припасы, и причин бы не было останавливаться.

— Отпусти его, и пусть идет мышей полевых ловит, — не стерпел я.

— Ты что, — блохастый комок тут же был прижат к груди. — А вдруг потеряется. На него могут напасть волки. Нет! Жалко его.