Телохранитель для дочери генерала драконов

Вода здесь ещё оставалась в ведрах. Так что, взяв с важным видом таз, замочила вещь своего спасителя. Но что-то сразу пошло не так. Штаны не желали тонуть и мокнуть. Я их сначала руками в воду окунала, потом на глаза попалась палка. В одном месте ткну, они, сухим бугром, в другом всплывут. И вода, главное, с них каплями стекает.

Разозлившись, я вытащила их и встряхнула. Сухие! Но уж слишком тяжёлые. Прямо удержать сложно. Да и воды на полу становилось подозрительно много, а в тазу осталось мало.

— Касси? Ты что делаешь? — услышав за спиной голос Руни, я так и развернулась с его штанами в руках, чувствуя, что уже стою в луже.

Тёмная бровь волка приподнялась. Он сглотнул, его кадык дёрнулся. И в этот момент я поняла, что снова попала впросак. Села в лужу. Упала в грязь лицом. В общем, натворила дел, правда, каких — всё сообразить не могла.

— Они не так стираются, да? — задала я самый подходящий вопрос.

— Не стираются, Касси, — Руни с выпученными глазами рассматривал единственные запасные штаны.

— Хотела тебя впечатлить, — тихо призналась, переминаясь с ноги на ногу и разгоняя воду, которая всё ещё ручьями стекала со штанов.

— Впечатлён, — тихо признался он. — И как теперь их просушить?

— А… Я могу огнём…"

"— Нет! — вопль Руни сотряс баню.

Он медленно подошёл ко мне и забрал свою вещь, разглядывая её так, словно впервые в жизни увидел.

— Я правда тебя удивить хотела, — прошептала извиняясь.

— Удивлён, — он кивнул, заглядывая в штаны, — до глубины души поражён твоими талантами. Мех, Касси. Как ты смогла его намочить? Он вообще не может впитать воду. Как?

— Палкой, — покаялась и кивком головы указала на орудие для стирки.

Мне достался весьма уважительный взгляд. Потрясённый такой.

— Иди в дом, сокровище моё деятельное. Отдыхай. Ты и так весь день как пчёлка.

— Руни, — мне стало ну совсем стыдно. — Я не хотела их портить. Честно.

— Угу, — он кивнул и, перевернув штаны, тряхнул их. Раздался треск.

Он замер. Я же бочком подобралась к двери и выскочила на улицу босиком, оставив в бане свои ботинки.

Такой стыд.