Усадьба леди Анны

Донна Мариэтта стояла насмерть, утверждая, что так ронять себя в день приезда недопустимо! Однако новоиспеченная герцогиня просто отказалась спускаться на пристань, и компаньонка, шипящая от раздражения, была вынуждена вступить в переговоры с кучером. Один из двух лакеев, сидящих на запятках кареты, растерянно почесав за ухом, куда-то отправился пешком, освободив таким образом место для горничной.

Солдаты короля Эспании окружили карету, и кучер щелкнул кнутом.

-- Надеюсь, это позорное происшествие не донесут до сведения вашего мужа или, не дай Господи, самого короля! – раздраженная донна Мариэтта собиралась и дальше выносить мозги.

Сейчас она, неловко перегнувшись через колени герцогини, плотно задергивала шторки на дверках: негоже простолюдинам видеть, что происходит внутри.

Анна, понимающая, что именно сейчас, когда за Мариэттой нет поддержки в виде остальных фрейлин, горничных-лакеев и прочих мастеров красоты, осознающая, что лучше момента может и не представиться, приказала холодно и спокойно:

-- Замолчите.

-- Что?! – от неожиданности у почтенной донны даже чуть приоткрылся рот. Никогда прежде ее воспитанница не позволяла себе такое… таких… Донна просто не могла подобрать правильное слово!

-- Я, герцогиня Ангуленская, приказываю вам, донна Мариэтта, замолчать, – голос герцогини был вполне спокоен, но внутри себя Анна ощущала и растерянность, и страх, потому добавила пояснение: -- Я хочу помолиться в дороге.

Донна вынуждена была закрыть рот и терпеть всю дорогу до самого Лувра.

В воротах возникла некоторая заминка. Солдат Эспанского короля отказались пропускать внутрь. В карету, вежливо кланяясь, заглянул капитан дворцовой охраны и пояснил:

-- Мадам, нам отдан приказ отправить военных в Эспанское посольство. Вам не стоит волноваться. Здесь, в Лувре, к вам будет приставлен почетный караул из лучших воинов его величества!

Анне было уже все равно, а вот на донну Мариэтту это произвело гнетущее впечатление. Однако сильно накрутить себя компаньонка не успела: карета, проехав по широкой аллее, остановилась.

Дверцы распахнулись и высокая красивая дама лет сорока пяти, ожидающая гостей на крыльце, окинула Анну тяжелым холодным взглядом. Стоящий рядом с ней мужчина средних лет представился:

-- Госпожа герцогиня, я управляющий вашего мужа, господин Рейф. Позвольте вам представить вдовствующую графиню Аржентальскую.

Анна сообразила: эта женщина – мать ее мужа, потому поклонилась достаточно вежливо, получив в ответ небрежный реверанс.