Усадьба леди Анны

То, что эта эспанка так удивительно чувствует мысли и настроения в этих строках. Возможно, она получила приличное образование?»

Он еще раз пробежался глазами по последнему письму.

Откуда эта тяга быть в путиБез остановок, лености и сна?Мы сами, словно тропы во плоти,И цель отдельно взятой не ясна.Быть может ветер, властелин дорог,Изведанных и неоткрытых трасс,Невидимый крылатый полубог,Любя за стойкость направляет нас:На свет и новь, под парус и на бой,Чтобы никто бесследно не исчез,И смог однажды стать самим собой,Творцом своих ступеней до небес.

«Иначе как желанием поддержать меня, это объяснить сложно. Возможно, мне стоит с ней увидеться? О, разумеется, я буду очень осторожен! Попрошу Луи-Филиппа сопровождать меня… И возьму с собой духовника. Или же попрошу отца пригласить ее во дворец. Так будет еще безопаснее.».

Он еще несколько минут сидел, размышляя о стихах, а потом машинально дотронулся до шрама и снова помрачнел: «Пожалуй, мне можно и не волноваться… Еще вопрос, захочет ли она видеть такого… такого…».

Затихшие было воспоминания о собственном уродстве не добавили хорошего настроения. Зато мысли о встрече с женой трусливо спрятались где-то в глубине сознания.

«Нет уж… Письма отправлять друг другу гораздо удобнее. Хотя…».

Он даже сам себе боялся признаться, что хочет простой человеческой беседы.

Не о политике и дворцовых делах, как с отцом и братом.

Не о деньгах и светских новостях, как с матерью.

Не о «любви» и страсти, как с другими дамами.

«Интересно, какая она в жизни? Конечно, хорошо, что ей нравятся стихи и у нее есть вкус к ним, но… она может быть очень разной.

Надо бы написать этой, как ее там… мадам Трюффе и спросить, что эспанка представляет из себя. Отличная мысль! Как приеду в Парижель, сразу же отправлю гонца. В конце концов, они там живут вместе уже больше полугода. Экономка должна знать о ней многое. Да! Отличная мысль, а письмо можно написать и прямо сейчас. Все равно отсюда не выбраться еще пару дней точно. А отправлю уже из дома. ».

Он вышел из комнаты и поймал проходившего мимо слугу:

-- Любезный, принеси мне перо и чернила.

-- Так это… ваша светлость, – неуклюже поклонился здоровяк, – это надобно баронессу спрашивать. Только у нее и есть такое."

"-- Значит, сходи и спроси.

Распаковывать свои вещи Максимилиан не желал: как только путь станет безопасным, он покинет эти надоевшие ему края. Он надеялся, что попадет в Парижель к концу месяца.

***

Мадам Трюффе прибыла поздно вечером.