Усадьба леди Анны

Мадам чуть смутилась…

Ужин проходил в большой роскошной зале, сейчас убранной траурными тканями: вдова показывала всем желающим горечь невосполнимой утраты. Анна искоса, но с интересом рассматривала дочь мадам Леруан, стараясь не смущать девочку-подростка.

Миловидная, стеснительная, диковатая…

Худощавая, немного угловатая даже, чуть неловкая. Одета очень дорого и нелепо. Видно, что мать денег на нее не жалеет, но на подростке взрослое траурное платье – так себе идея.

Узкое, как у мадам Леруан, лицо с острым подбородком, темные длинные ресницы, красивые брови, глаза зеленоватые, нос немного длиннее, чем нужно, но совсем не критично, рот самый обыкновенный.

Удивительной красоты пепельно-русые волосы, того самого редкого природного оттенка, за который в ее мире платили парикмахерам шальные деньги. Все это богатство туго стянуто в узел на затылке. На виски выпущены два круто завитых локона, отчего лицо кажется еще уже.

«Пожалуй, девочке пойдет челка. И когда траур кончится, нужна будет нормальная одежда.

-- Фелиция, скажи, ты любишь стихи?

Покраснела так, будто ее обидели, потупилась и еле выдавила сипловатым шепотом:

-- Люблю…

«Можно будет попросить ее читать мне вслух. Кстати, если мать ее так уж любит и балует, возможно, у девочки есть книги. Надо бы порасспросить.».

Анна заметила, что Фелиция исподтишка рассматривает Мишель и мадам Берк. Точнее, не столько их самих, сколько их одежду. На герцогиню смотреть она, похоже, просто стеснялась.

С мадам Леруан договорились так: через четыре месяца, по окончании траура, девочка перейдет под опеку герцогини. Мадам сама привезет ее в конце осени.

-- Как раз начнутся первые заморозки, мы с вами посетим отца Доменика, и я расскажу вам, как очистить игристое.

-- Ваша светлость, а при чем здесь заморозки? Или вы думаете, что мы не пробовали замораживать вино? Оно при этом теряет весь вкус!

-- Когда придет время, вы все узнаете, мадам Леруан, – герцогиня только улыбнулась, не желая пояснять хоть что-то.

Фрейлине вообще-то полагается платить зарплату, но это явно был не тот случай. Потому мадам Леруан взяла на себя обязательство оплачивать новую одежду дочери и ее проживание. Книги она также обязалась привезти:

-- Конечно, может, это и баловство, но Фелиция всегда так просила… Я покупала ей и выписывала из Парижеля. Не слишком понимаю, что она находит в этих книгах…

-- Бегство от реальности, мадам Леруан.

-- Бегство?!

-- Думаю, да.