Теперь ты моя

– В смысле? – Максим не набрасывается на меня, и это вселяет уверенности. Я начинаю говорить более уверенно. – Мне домой надо! Я сейчас отцу позвоню!

– Звони, – мужчина слишком быстро соглашается, и сразу же теряет ко мне всякий интерес. Это раздражает.

Максим поднимается по ступенькам к двери. Копошится в карманах, а потом склоняется над замком.

Я в нетерпении начинаю искать сотовый. Звонить папе не хочется. Он убьет меня, когда узнает где я была. Но это будет вторым убийством. Сначала я попрощаюсь с жизнью за то, что продинамила «прекрасного» Тимура.

Но даже на это мне сейчас плевать.

– Да где же ты?! – раздраженно бубню, потому что не могу найти телефон.

У меня обычная дамская сумка. Там много хлама, да, но мобильный всегда лежит в отдельном кармашке, где сейчас его не наблюдается."

"– Позвонила? – саркастичную усмешку мужчины я вижу даже в темноте. Такое впечатление, что он знал, что дозвониться не получится.

– Телефон исчез, – бурчу я. – Наверное, потеряла его на вашем адовом побоище.

Ну и угораздило же меня вляпаться!

– Я дверь открыл.

Мне приходится последовать примеру Максима, и тоже скрыться в темноте странного дома. После его слов я почувствовала, что и вправду замерзла.

– Чей это дом? – спрашиваю я, когда мы оказываемся внутри.

На самом деле, тут не на много теплее, чем на улице.

– Я же сказал, – Максима явно раздражает, что приходится повторять.

– Ты не знаешь? – я вдруг соображаю к чему он клонит.

– Нет. Но сомневаюсь, что хозяин появится в скором времени, – он говорит так легко, будто такое поведение для него в порядке вещей.

– Ну охренеть, блин! – я разочарованно вскидываю руки.

– Я думал, что девчонок возбуждает опасность, – иронично хмыкает Палач.

Надуваю щеки. Капец просто.

– Это взлом с проникновением! Нас арестуют! Ты вообще в курсе, что за нарушение закона можно и в тюрьму загреметь?

– А ты, случайно, не дочь мента? – Максим снова кривится.

– Мой отец…, – я решаю рассказать, но в последний момент передумываю.

– Ну? – он не отстает. Ждет ответа.

– Не важно. Я просто хочу уехать отсюда.

– Я сказал – утром!

Тон Максима резко меняется. Да он весь становится другим. В миг меняется, превращаясь в другого человека.

– Печь растопить сможешь? Мне надо в душ.

Мои глаза распахиваются на максимум от того, что я сейчас слышу.

– Чайник хотя бы поставь, – уголок его рта дергается в усмешке.