Теперь ты моя

– Демьян! – окликаю его, но реакции не следует. – Демьян! – снова повторяю, но уже громче. Мне нужно обратить на себя внимание.

ГЛАВА 38

Демьян

После этого тяжело дня я всю ночь не мог заснуть.

Потерять брата оказалось слишком больно.

Новость о предательстве Веры меня не особо расстроила. Я был уверен, что эта сука хочет выдать свой плод за моего ребенка. Но я бы довольно быстро решил сей вопрос. Если бы не получилось сейчас, то после родов точно.

А вот Костя… Не могу простить себя. Не могу отпустить ситуацию.

Посреди ночи я спускаюсь в зал, да только и это не особо помогает.

Все эмоции, что вкладываю в удар, тут же возвращаются снова, точно бумеранг. Гребаный жалящий бумеранг.

Вечером я сам ездил по похоронным делам, хотя изначально попросил Илью заняться этим вопросом. Потом решил, что брат заслуживает моего личного участия.

Терять близких больно.

А еще у меня есть Аля. Маленькая сексуальная заноза в заднице!

И дело как раз в том, что она у меня вроде и есть, вот только не моя.

Буквально неделю назад я еще не собирался терпеть рядом с собой женщину. Спустить пар, расслабиться – это другое. А вот держать кого-то рядом с собой постоянно – нет.

Мне не нужно было засыпать и просыпаться с кем-то, слышать чей-то голос. Мне, сука, это было не нужно! И я, блядь, отлично жил, пока не решил найти себе на задницу ебучих приключений.

И теперь я отпускаю девчонку, потому что время пришло.

– Демьян! – до боли знакомый голосок окликает меня в моем же собственном доме.

– Аля?! – спрашиваю так, будто удивлен.

Илья быстро скрывается из виду, и мы остаемся вдвоем. Держим дистанцию.

– Да. Я… Я там машину привезла, – начинает она как-то неуверенно.

– Зачем?

– Ну, как? Это же твоя машина, – девчонка передергивает плечами.

– Ну и что? Я дарю ее тебе.

– Нет, ты что! – она реагирует так, точно я ей почку продать предложил. – У меня отличная машина.

– Твой автомобиль уже старый по современным мерках, да и мой мерс намного комфортабельнее.

– Демьян, я не приму этот подарок. Нет. Сейчас вызову такси, и уеду. Ты же отпускаешь меня?

В глазах Алевтины виднеется надежда.