Теперь ты моя

– Демьян… – выкрикиваю его имя, от небывало ярких ощущений и спазмов.

Хватаю ртом воздух, стараясь не выпасть из реальности. Только вот сознание все равно уплывает.

Муж начинает дёргаться внутри меня, выстреливая горячим семенем. Все это сопровождается рычанием и, кажется, он даже матерится, но я не могу разобрать, потому что меня накрывает новой волной удовольствия, не менее сильной, чем прежде.

Мы стонем в унисон и глубоко дышим.

Демьян упирается лбом мне в плечо.

Мы молчим и не двигаемся еще какое-то время. А потом он выходит из меня.

– Прости, если вдруг сделал больно.

– Нет, все в порядке. Мне было хорошо.

Я говорю искренне, хотя по моему лицу и интонации, наверное, так и не скажешь.

Мы оба слишком печальны и задумчивы, точно кто-то другой сейчас сношался на подоконнике подобно животным.

– Может, я могу еще чем-то помочь. Мне не хочется, чтобы ты расстраивался из-за Веры. Она обычная…

Пытаюсь подобрать слово. Крепко выражаться я не привыкла. Как-то не получается произнести непристойное ругательство.

– Да, клал я на нее, – сообщает Демьян.

– Тогда что?

Я перестаю понимать. В чем еще может быть причина подобного поведения.

– Костя… он…

– Я не держу на него зла! – перебиваю, уверяя мужа в том, что все в порядке. Его брат наркоман – и это многое объясняет.

– Он умер.

Внутри меня что-то переворачивается. Больно становится даже мне, хотя я этого парня и не знала толком.

– Мне жаль… – тихонько говорю. Я не знаю, как вести себя в таких ситуациях.

– Не стоит. Это бы все равно случилось. Рано или поздно, – вижу, что он так не считает, на самом деле, просто хочет убедить себя. – Давай, есть. Не зря же Мария Петровна столько у плиты стояла.

Кивая соглашаюсь, потому что, если честно, я просто не знаю, что еще сказать, как поддержать."

"– Мне нужно уехать, – начинает Демьян, когда расправляется с ужином. – Твоя мать в больнице, так что машина снова в твоем полном распоряжении. Завтра утром ее пригонят мои парни.

– Спасибо.

– Приятных снов.

Мужчина выходит с кухни. Поднимается на второй этаж.

Вот так всегда. Я снова остаюсь одна в его доме. Нужна ли я здесь? Хоть где-то я нужна?

Эти мысли душат. Но мне хочется верить, что все, что ни делается, все к лучшему. Я буквально насильно заставляю себя верить в то, о чем думаю! У меня все будет отлично! Будет!

Утром авто и правда, ждет меня на улице.

Я не раздумывая решаю навестить маму. Ей нельзя нервничать, но общаться на отстраненные темы можно.