Теперь ты моя

Что делать? Может, подбежать к нему? Рассказать все, попросить избавить меня от Демьяна?

– Я не знаю его, – сообщаю мужу. Пока не решусь бежать, хочу отвести от себя подозрение."

"– Он пока не может воротить крупными делами, но тоже нашел себе нишу. Поставляет девочек для утех.

– Что? – на нервной почве мои губы растягиваются в улыбке. Какие, нахрен, еще девочки?

Мне кажется, Демьян специально говорит мне все это, потому что насквозь чувствует. Понимает, что попыток сбежать я не оставлю. А тут сын друга отца.

– Шлюхами торгует, – буднично поясняет муж. – И это не всегда шлюхи в общепризнанном понимании.

– Ты это все на ходу сочиняешь, скажи? – задаю вопрос неожиданно даже для себя самой.

– Включай уже голову, Попова! – Демьяна раздражает мое неверие. – Здесь много желающих отлично потрахаться после шоу. И комнат на втором этаже предостаточно. С разрешения папочки Тимур намутил такую возможность для присутствующих. Я видел несколько таких девушек. Некоторые реально шлюхи, остальные в невменяемом состоянии.

– Я хочу уйти, Демьян. Давай уйдем? Не знаю, чего ты хотел добиться, но находиться здесь мне больше не хочется. Правда. Я предпочту спокойно дождаться того момента, когда ты отпустишь меня без лишней лживой информации.

– Мы уйдем отсюда только тогда, когда я решу, ясно? Вон его отец. Узнаешь? – он кивает в другую сторону.

Я оглядываюсь. И вправду, это друг папы. По совместительству, его руководитель.

– А кто это рядом с ним? – ехидно спрашивает Демьян.

Тот хлопает по плечу рослого, очень крупного мужчину кавказской национальности.

Поворачиваюсь обратно к столу, чтобы оповестить мужа о том, что я понятия не имею и иметь не хочу. Но перед самым моим лицом возникает смартфон Демьяна с открытой в браузере новостной лентой.

Там изображен тот самый ММАшник, что убил пятерых мужчин, если верить предъявленному ему обвинению, об этом гласит заголовок статьи.

Снова перевожу взгляд на друга отца, потом опять на экран телефона.

– Это вообще ничего не значит.

– Ты можешь оставаться слепой сколько тебе влезет. Это была моя первая и единственная попытка достучаться до тебя.

– Хорошо! Ну раз тут все такие плохие, то для чего тут ты?

– Я? Все просто. Иногда выхожу на ринг, чтобы хоть так наказать избежавших тюрьмы мудаков.

Мне становится смешно. Нет, он серьезно сейчас? Святоша! Только что-то нимба над головой не наблюдается. Даже намека.