Тени кафе «Домино»

– А разве это главное, – засмеялась Елена.

– Пройдет время – узнаешь. Вспомни, какая ты была светящаяся, когда ты любила Олега.

– Да, я его любила, потом, в восемнадцатом, я узнала, что его убили махновцы, я с горя уехала на юг, и только там мне рассказали, что он жив и здоров. Я была счастлива. Ждала нашей встречи, даже в Париж не уехала. А вернулась и поняла, что главное не любовь, а успех. Я выдавила из сердца Олега. Это далось мне не легко. Зато сейчас у меня есть все. А что бы имела, став женой репортера?

– Не знаю, милая, тебе видней, но в наше время думали иначе.

– Тетя, ваше чудное время прошло. И в том времени безвозвратно остался удачливый и богатый, принятый в свете журналист Леонидов, которого я полюбила.

– Тебе жить, милая, тебе жить. Но несмотря на все наши разговоры, ты сегодня будешь прекраснее всех.

– Я очень на это надеюсь, тетя.

Ювелирный «Пале-Рояль»

Последние покупатели ушли.

Приказчики складывали в коробки украшения и несли в хранилище.

Хозяин вышел из кабинета.

Приказчики окружили его.

Он оглядел своих людей, улыбнулся.

– С наступающим вас, вы славно поработали. А это к празднику.

Хозяин вручил каждому конверт.

– А теперь домой, к семьям. Я сам все закрою.

Все ушли.

Хозяин запер двери, закрыл ставни на окнах.

Подошел к двери кабинета, открыл.

– Все в порядке, господа.

Из комнаты вышли Леонидов, Тыльнер и четыре агента угрозыска.

– Делаем так, – сказал Тыльнер, – Вы, наш гостеприимный хозяин, пока спрячетесь в ювелирной мастерской, агенты за прилавками, а мы в этой нишке за портьерой.

– А зачем вам я? – спросил хозяин.

– Мы дадим преступникам вскрыть сейфы, а там ценности. Не дай Бог, что пропадет. А теперь по местам.

Часы в кабинете пробили десять раз.

Кафе «Домино»

В кафе «Домино» в середине зала стояла красиво украшенная елка.

Николай Николаевич, как генерал перед боем, командовал официантами, накрывающими столы.

Часы пробили одиннадцать раз.

В «Домино» распахнулись двери.

Первой в зал вошла «Баронесса» с четырьмя красивыми девушками.

Потом появился Глеб с друзьями.

Вошли и сели за стол Есенин и Мариенгоф и еще несколько поэтов.

Народ собирался.

Ювелирный «Пале-Рояль»

Часы в магазине пробили двенадцать раз.

Темнота и тишина.

Внезапно, раздался стук и заскрипел поднимаемый паркет.

Он громко треснул в тишине магазина.

На щели пробился яркий желтый свет.

Леонидов и Тыльнер из своего укрытия видели, как под напором снизу паркет словно сломился.